Название книги "Вставай, иди и умирай" — это черная мелодия из песни о войне. В этой книге страшной фантастией становится реальность, где обычные события могут спровоцировать крайние меры. Пролог: "Там, на дороге мины", — эти слова становятся отправной точкой для беспримерного приключения, где герои оказываются в безвыходном положении между жизнью и смертью....
По магнитофону привычно мазнули взглядом, видно, что подобный груз обычное дело для выезжающих на Родину, чисто для проформы проверили остальные вещи, смотрели нет ли ювелирки, на этом кстати довольно многие попались и еще попадутся, хотя если уж на то пошло для поиска ценностей надо как раз разбирать такую вот быттехнику.
В самолет, так называемый «черный тюльпан» на ВПП тем временем загружали цинковые гробы. Один, второй, третий… Много их скопилось за это время в морозильнике, свозили со всех окрестных провинций, и вот сейчас, самолеты, а он такой тут не один, чтобы не гнать обратно порожняком загружают «грузом двести».
Короткий перелет в Ташкент.
Здесь перевалочный пункт. Гробы перетасовали с теми, что хранились в местном морге, какие-то забрали, другие добавили, распределяя по развозимым городам. Анатолию предстояло сделать рейс Оренбург-Самара-Казань-Нижний Новгород, хотя сейчас он называется Горький. Всего развести двадцать четыре гроба.
К счастью, не пришлось доставлять каждый гроб родным, чтобы каждый раз выслушивать рыдания убитых горем матерей и их обвинения в трусости, дескать раз ты живой, а он — мертвый, то значит трус, прикрылся телом сына.
Передав последний «груз» Киборгин глубоко вздохнул. Но тошнотворно-сладковатый запах мертвечины, заполнивший салон самолета, видимо гробы запаяли не слишком тщательно, его не отпускал.
Те, кто выгружал гробы из самолета в Нижнем аж отшатнулись в первый момент, а принимающий военкомовский пухлощекий майор так и вовсе зажал рот рукой.
«Это еще что… — скривился капитан. — Вот когда из гробов течет из-за того, что морозильники в моргах не работали при пятидесятиградусной жаре, вот тогда действительно тошно».
— До города подбросите? — спросил Анатолий.
— Места нет… — выдавил из себя майор, что сам ехал в грузовике на соседнем с водителем сидении."
"— Я в кузове могу, — кивнул он на грузовик с гробом, — вместе с остальными.
— Э-э… ладно… как хочешь.
Со «взлетки» ушел без проблем. Просто показал документы, никто даже не проверял содержимое чемодана.
Вот и город. После афганских женщин наглухо закрытых черной паранджой так, что даже прямоугольник для глаз укрыт сеткой а-ля кружева, видеть девушек в коротких разноцветных платьицах на бретельках с открытыми руками с разнообразными прическами было непривычно.
