Продолжение боевого пути штрафной роты, ставшей гвардейской. После Курской дуги боевая единица, переименованная в роту прорыва, готовится к новым испытаниям. Солдаты, искупившие кровью свою вину, вновь встают перед лицом смерти, сражаясь на фронтах Великой Отечественной войны и доказывая,...
Раздел Chitat.online для книги «Встречный бой штрафников» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Продолжение боевого пути штрафной роты, ставшей гвардейской. После Курской дуги боевая единица, переименованная в роту прорыва, готовится к новым испытаниям. Солдаты, искупившие кровью свою вину, вновь встают перед лицом смерти, сражаясь на фронтах Великой Отечественной войны и доказывая,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение боевого пути штрафной роты, ставшей гвардейской. После Курской дуги боевая единица, переименованная в роту прорыва, готовится к новым испытаниям. Солдаты, искупившие кровью свою вину, вновь встают перед лицом смерти, сражаясь на фронтах Великой Отечественной войны и доказывая,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ну что, Воронцов? Наступаем без помех?
– Да в том-то и дело, – ответил Воронцов и медленно потянул к обрезу каски окоченевшую, непослушную ладонь.
– Ладно, ладно, ты мне так расскажи, что на душе. Остальное я видел.
– В районе Яровщины у них отсечные позиции. От болота до болота. Перекрывают всю горловину.
– Думаешь, там они нас поджидают?
– Думаю, что именно там, Андрей Ильич.
– Там-то там, – согласился комбат, – но куда они танки подевали?
– Мои разведчики сообщили, что танковые моторы слышны именно там, между Яровщиной и Омельяновичами.
– Твоя разведка уже там?
– Пришлось выслать сержанта с отделением. Разведданных-то…
– Ладно. Молодец. И вот что имей в виду. Нелюбин продвигается слева от дороги. Но немного задерживается. А второй батальон, похоже, прижали к болоту. Или хитрит сосед, хвать его в душу. Что-то почувствовал и теперь топчется на месте, вперед не идет. Ты придержи своих, Нелюбина подожди. Если что, сразу окапывайся. Пока артиллерия и минометчики не отработают, людей не поднимай. – И вдруг спросил: – Санитарную роту не видел?
– Не было здесь никого, кроме наших санитаров.
– Черт знает, все перемешалось. Лавренов приказал выяснить местонахождение санитарной роты и доложить.
– За лейтенанта Игнатьеву беспокоится?
Комбат посмотрел на Воронцова и закурил. Сказал:
– Ну да. И зачем она со своим обозом сюда поперлась? Увидишь, скажи, чтобы поворачивала назад, в Дебрики. Там есть подходящие постройки. Несколько домов уцелело. Пусть там и развертывает свое хозяйство. А то другие займут.
По взгляду и жестам комбата Воронцов заметил, что тот и сам обеспокоен судьбой санитарного обоза. И он снова подумал о Веретеницыной. Вот кончится бой, и он сразу же напишет рапорт, чтобы старшину медицинской службы Веретеницыну перевели в тыловую часть.
Глава шестнадцатая
В тот день почтальон, однорукий Кирдяй, с трудом пробившись по нечищеной дороге из Андреенок в Прудки, принес в деревню всего одно письмо.
– Петровна! – окликнул он еще издали Зинаиду, завидев ее идущей по стежке со стороны колхозных скотных дворов. – Наливай, краса моя, рюмочку! Весточку тебе принес! Только ради тебя и пугал волков в такую пропасть!
Кирдяй жил в Андреенках. Почту он носил им со станции, на два села. Вместе с письмами, газетами приносил в Прудки и последние новости, о которых не писали газеты и не рассказывало радио. Почтальону было лет тридцать. Руку он потерял под Сталинградом. Но это было не единственным его увечьем. Контузия затронула в нем какой-то нерв и случались периоды, когда Кирдяй запивал смертным недельным запоем, запирался в своем доме и никого к себе не подпускал. Все тогда знали, что у почтальона рука растет, и никто его не тревожил.
