Или увольняйтесь? Так?
– Не обижайся, – он вновь перешел на «ты», – сам подумай – если кто-то нам что-то рассказывает, он и в самом деле жизнью рискует. А ради чего? Заплатить мы не можем, наши доходы сам знаешь. Ну, прикроем где, на что-то глаза закроем. Но ведь не жизнью же он нам обязан. Так что своих, извини, мы бережем.
Все правильно. Без агентуры в этом болоте работать бесполезно, а у этого пройдохи Вида она, похоже, сильная. Поэтому нечего лезть с расспросами, лучше подумайте, господин Ажан, как это использовать.
Вернувшись в здание полиции, патрульные написали подробные рапорты, блеснув высоким стилем. Жан с удивлением узнал, что, оказывается, труп лежал головой к пригороду и в то же время к повороту на улицу Нищих, ноги его были вытянуты вдоль тела, а глаза смотрели в лужу, на которой лежала голова. Воистину велик язык протоколов!
Когда сержант собрался писать собственный отчет, к нему подошел Маршанд:
– А, крестник Инквизитора, ну, как тебе Зеленый квартал?
– Бывало и хуже. А почему «крестник» и кто такой «Инквизитор»?
Оказалось, что Инквизитором амьенские полицейские прозвали Гурвиля, который был доверенным лицом интенданта, «цепным псом», как назвал его Маршанд, и, видимо, выполнял функции службы безопасности. Во всяком случае, полицейских увольняли по его представлениям без разговоров и разбирательств. А поскольку вас, господин сержант, назначили по его слову, то сами понимаете… И вообще, поскольку вы человек новый, извольте все прежде всего непосредственному начальству докладывать, и что там такого интересного сегодня произошло? А что вы сделали? А что видели патрульные? А что девочка рассказывала? А не подходил ли кто к ней? А не стоял ли кто рядом, не выглядывал ли в окна? Может, по дороге кого заметили?
Вопросы правильные, господин лейтенант, но почему так заинтересованно, даже нет, скорее истерично, что ли? На вашей земле таких историй по пять на дню, вон про другие трупы ни одного вопроса, чем же этот лучше? Так, информацию про Почку мы пока придержим, посмотрим, как все дальше сложится.
На следующий день Жан, воспользовавшись должностным ресурсом, вновь пошел с Вида.
Капрал деликатно промолчал, но скривился весьма многозначительно, мол, нам бы от начальства подальше, но дисциплина есть дисциплина.
Во время обхода Ажан подвел патруль к тому дому, куда забегал убийца.
– Чей это дом, капрал?
– Если я скажу, чей дом, мне в полиции не работать. Убить не убьют, но уволят точно. Да и зачем тебе? – Как-то так получилось, что сержант с капралом прочно перешли на «ты».
– Вчера, сразу после дела, убийца забегал сюда, на второй этаж, дверь справа. Возможно за деньгами. Мне интересно – к кому. Если узнаешь – есть шанс прикрыть тот веселый дом, с девочками.