Но раз мы встретились, может быть, обсудим проблему с амьенскими разбойниками?
Разговор получился долгим. Купеческая гильдия несла колоссальные убытки, готова была профинансировать работу полиции по этой проблеме, но купцы есть купцы – им нужны гарантии, уверенность в результате. В крайнем случае – твердое понимание, кто и как собирается действовать, на что и сколько денег будет израсходовано.
И вот тут господин де Ренард был приятно удивлен. Ажан был далеко не первым, кто приходил с такой идеей. Было, финансировали, нанимали бойцов, прочесывали леса с шумом, с помпой, но со стабильно нулевым результатом. Затем деньги заканчивались, наемники разъезжались, а организаторы этих кампаний пытались сбежать, прихватив остатки казны, как правило, немалые. Первому удалось, остальные до сих пор на каторге раскаиваются.
А этот юноша, во-первых, предложил целую программу, в которой было такое, о чем новоявленный шевалье и не слышал никогда. Во-вторых, сам отказался к деньгам даже прикасаться – финансирование должно направляться в полицию и армию, а конкретные суммы де Ренард должен был оговаривать напрямую с графом. Да, Ажан настаивал, чтобы купцы убедили графа взять финансирование работы по уничтожению бандитов под личный контроль, оставив за полицией и армией лишь организацию и исполнение. Так часть денег все равно разворуют, казначей уж точно своего не упустит, но под присмотром его сиятельства наглеть никто не будет – себе дороже.
Самым же главным, что убедило де Ренарда ввязаться в это дело, явилось окончание разговора.
– Господин полицейский, а где ваша спутница? Как ее звали… Страшная Марта, кажется…
– Вы же нас двоих приглашали, так что она здесь, в Амьене, только теперь она не Страшная, теперь она Прекрасная, неужели вы не знакомы?
Когда Ажан ушел, в комнату ворвалась Эльвира.
– Можно ли глупой девушке узнать, о чем здесь говорили мудрые мужчины? – девушка встала перед отцом, по-крестьянски уперев руки в бока.
– О тебе, – слегка опешив от такого напора, ответил Ренард. – Я потребовал, чтобы он от тебя… Да что здесь происходит, демон побери? Я что, в своем доме отчитываться должен? Нечего ему около тебя делать, точка!
– Ну, спасибо, папа, значит, я уже не имею права даже на друзей?! Конечно, ты лучше знаешь, с кем мне общаться! И, ктати, что в твоем кабинете эти мордовороты делали? Где сейчас Жан!? Если с ним что не так, – глаза Эльвиры сузились, губы утончились, голос стал тихим от сдерживаемой ярости, – если ты на него костоломов натравил, ноги моей в твоем доме не будет. Думаешь, я без твоих денег не обойдусь? Не надейся. Смогу заработать, поверь, не зря столько лет у тебя училась.
Усталый отец, состроив суровое лицо, смотрел на дочь с наслаждением. Его порода! Его ученица! Приятно, демон побери.