Мы съездили с ней в супермаркет, расположенный при въезде в наш коттеджный поселок, набрали там два пакета продуктов, причем не полуфабрикатов, а настоящих, как выразилась Золотова, продуктов – большой кочан капусты, килограмм моркови, столько же свеклы, а еще картошки, мяса, рыбы… Потом Марина начала все это чистить, шинковать, варить, жарить, в результате чего у нас на ужин был вкусный домашний борщ. Мы втроем сидели на кухне, уминали его за обе щеки, причем Ариша причмокивал, что было ему вообще несвойственно, потягивал носом густой аромат борща и блаженно говорил:
– Полетт, вот видишь, как благотворно сказывается замужество на кулинарных способностях женщины! Если бы, ma chere, ты научилась готовить так же…
Я посмотрела на деда с укором. Сама я к кулинарным подвигам не была готова, это казалось мне непосильным трудом – стоять полдня у плиты, резать, чистить, жарить, парить, чтобы потом за десять минут все это съесть. Мы с дедом прекрасно обходились полуфабрикатами, лишь изредка балуя себя настоящей едой.
– Дедуль, ты что, хочешь, чтобы я жила у плиты?! Когда я, единственная женщина в нашей семье, выдвинула лозунг «Долой кухонное рабство!», ты же сам со мной согласился! Ты даже говорил, что готов питаться полуфабрикатами, лишь бы твоя любимая единственная внучка не превратилась в эдакую домашнюю клушу в замызганном фартуке и с половником в руке. Или тебя ностальгия замучила по тем старым добрым временам, когда мама готовила нам настоящую еду?
Ариша притворно покряхтел, изображая из себя несчастного больного старика, до полусмерти заморенного супермаркетовскими полуфабрикатами. Чтобы красиво уйти от ответа, он попросил у Марины добавки. Она с удовольствием налила деду еще тарелку, положила ложку сметаны, и Ариша снова энергично заработал ложкой.
Я еле дождалась понедельника. В этот день, как мне казалось, должен позвонить господин Золотов. Не будет же он надолго прерывать занятия языком с детьми. Да и о смерти матери, я просто была уверена, они ничего не знают. И я не ошиблась!
В девять утра действительно раздался звонок моего мобильника. Я услышала знакомый голос:
– Оксана Игоревна! Вас беспокоит няня Ванечки и Танечки – Маргарита. Корнил Борисович просил меня договориться с вами на сегодня насчет занятий с детьми. Вы сможете прийти к нам сегодня?
– Как обычно, к одиннадцати.
– Тогда ждем вас к одиннадцати.
– Маргарита, скажите, а дети знают, что их мать…
– Нет, что вы! – Девушка испуганно зашептала, очевидно, дети были где-то недалеко.
