Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я аккуратно вставил ключ, притянул дверь и повернул его в замке. Вошёл в квартиру прикрыл дверь, прислушался и прошёл в гостиную. Воздух уже не казался таким затхлым, как в прошлый раз и даже будто стал м-м-м… не знаю… будто бы появилась какая-то ароматическая нотка… Половицы под моими ногами жалобно заскрипели, но я не останавливаясь прошёл к книжному шкафу, открыл дверку, постоял пару секунд, соображая, куда именно я положил пистолет Кукуши.
Сориентировавшись, я сунул руку за книги, нащупал свёрток и… сердце оборвалось, а волосы на затылке вздыбились торчком. Я почувствовал движение. Что-то позади меня переместилось или…
Я резко обернулся. Там стоял мужик лет пятидесяти. Голова его была наклонена вперёд, а в руке он сжимал нож.
16. Ветер воет… Гром грохочет…
Ты кто, блин, такой? Что ты за хрен? Стоишь тут с кинжалом… Чучело. Мысли скакали, как теннисные мячики. Но выдавать своё недоумение я не собирался.
— Фу-у-у, — с видимым облегчением выдохнул я. — Чё так подкрадываться-то? Можно ж и инфаркт получить в молодом возрасте! Капец вообще!
— Ты вор? — с угрозой спросил мужик и прищурил глаза.
Дверь в спальню была сейчас открыта. Он оттуда, собственно, и вышел.
— Чё⁈ — воскликнул я. — Это ты вор! Как ты сюда залез? Замок целый, дверь тоже. В окно влетел? Типа, как Карлсон?
Разговоры, разговоры,
Слово к слову тянется.
Разговоры стихнут скоро,
А любовь останется…
Заговаривая ему зубы, я искал правильный ответ. Во-первых, нужно было понять, кто он такой, а, во-вторых, что делать. Я всё ещё стоял с рукой, просунутой за книги. Теперь рукоятка макарыча лежала у меня в руке, но пистолет был завёрнут в тряпицу. Я мог рвануть руку, сметая книги с полки и на счёт раз уже держать этого дядьку на мушке.
— Ты кто? — спросил он и я заметил, как изменилось его лицо.
Оно покраснело, будто у него давление подскочило.
— Я сосед, — ответил я. — А ты кто?
— Какой ещё сосед? Я хозяин. Зачем ты пришёл?
— Хозяин, к сожалению, перешёл в другой мир, — покачал я головой, начиная догадываться, в чём здесь дело. — Он скончался, Царствие ему небесное. Так что…
— Я его сын. Что ты там шаришь? Зачем ты пришёл? Сколько ты уже вынес отсюда?
— Серьёзно? Сын?
Ситуация была дурацкой. Максимально дурацкой. Оставить пушку я теперь не мог и вытаскивать при нём тоже не мог. Вернее мог, но блин… а если он милицию вызовет?
— Я спрашиваю, почему ты шаришь по шкафам? Что ты ищешь?
— Ну… — я усмехнулся и показал свободной рукой в сторону нашей с мамой квартиры. — Смотрите. Я живу за стеной, вон там. Моя мама ухаживала за вашим папой. Поэтому у неё остался ключ. Она…
— Ключ мне сюда! — раздражённо перебил меня сосед и сделал шаг. — Быстро!
Я кинул ключ на пол к его ногам.
— Ухаживала она. И заухаживала.
