Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но Князь мне пока ещё нужен был на свободе. А вот пугануть Мэта с Назаром было неплохо. Отвлечь Никитоса от школы и обратить в сторону воспитания своего отпрыска — тоже неплохой повод.
— Когда точно будет вечеринка? — спросил Пётр.
— В субботу. В Зелёной поляне.
Я заметил, как закрутились шарики у него в голове. Взять за хобот назаровского сынка было и страшно и сладко. А вот Мотя мог стоить, как повышения, так и больших сложностей. Но про него Пётр проинформирован не был.
— Пётр Алексеевич, решайте сами, мне пофиг, будете вы работать по этой вечеринке или нет. Я же понимаю, золотая молодёжь — дело рискованное. Но если выгорит, сами понимаете, в шоколаде будете. А если не выгорит, замнёте по-тихому и всё. И опять в шоколаде или, как минимум, на хорошем счету, как понимающий сотрудник. Главное, вы своего агента сохраните в секрете. И он вам ещё много всего хорошего раздобудет. В моём лице вам охрененная удача улыбнулась. Как вы не видите?
— Я тебя понял, Сергей, — кивнул он. — Ты, главное, запомни, никакой самодеятельности я не потерплю. А про твою вечеринку я подумаю. Но меня в первую очередь будет интересовать Князь.
— Да понял я, понял. Но я бы его пока в оборот не брал, а подождал большого дела. А большое дело я вам принесу. Обещаю. Не сразу, но скоро. У меня чуйка ментовская пробудилась.
— Принесёшь, когда я скажу, ясно?
— В общих чертах.
— Чуйку свою угомони и не чеши. Сейчас меня интересует Князь и его дядя! Завтра обсудим твою вечеринку.
* * *После встречи с Романовым я рванул в баню.
— Ну, как дела? — спросил я Кукушу.
Он всё корпел над бумажками и что-то записывал на клетчатом листе бумаги.
— Пока так же, — надул он щёки и хлопнул карандашом об стойку. — Бумаги собрал, но не отдал. Время есть ещё. Ты ж сам сказал не торопиться.
— Ну, всё верно, — подтвердил я. — Торопиться не нужно. Слушай, Кукуша, не расстраивайся. Даже если они тебя обуют, хрен с ними. У меня тут есть идейка одна. Если мы её осуществим, бабла хорошенько поднимем.
— А если не осуществим? — нахмурился он. — Так-то я в завязке.
— А мы честных граждан трогать не будем. Потом тебе расскажу. Сейчас сюда девушка придёт, мне с ней тет-а-тет поговорить надо. Можешь нас в какой-то закуток определить, чтоб никто не спалил?
— Да без вопросов. Можно кабинет взять."
"— Не, мы париться не будем, — засмеялся я. — И надо, как раз, чтоб никаких двусмысленностей не было, понимаешь? Чисто чай-кофе попить, но чтоб подальше от чужих глаз.
— Понял, пошли, я тебя проведу. А потом и её приведу.
Он отвёл меня в помещение, практически полностью залепленное строительной плёнкой.
— Тут у нас ремонт будет. Хотим ещё один зальчик сделать. Типа вип, понимаешь? Садись пока.
Я уселся за стол, стоящий в сторонке.
— Он чистый, не бойся, — кивнул Кукуша.
