Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Из земли вышли, в землю и уйдём, — с видом мудреца кивнул Кукуша и медленно, переваливаясь и отдуваясь двинул в сторону деревянного стола с двумя лавками.
Стол стоял под жёлтыми развесистыми берёзами и тополями напротив стеллы воинам. Вокруг всё было в бурой листве. Вообще, вид и запах осени лучше всего подходил для кладбища. Типа, всё тлен… Я осмотрелся.
Раньше тут было чистое поле, изъеденное чёрными дырами могил и свежими холмами, а теперь рос густой лес с большими раскидистыми деревьями.
— Здесь, — кивнул Кукуша. — Падай. Сейчас придёт.
— А у него точно есть то, что мне надо?
— Точно только Господь знает, но по моим прикидкам есть.
Я уселся рядом с Кукушей. По аллее проехали два пазика. Один пустой, а второй с людьми.
— Хоронить повезли, — кивнул мой товарищ. — Сейчас здесь редко хоронят. В основном — на «пятёрке». Но и там уже место заканчивается. Царство мёртвых, в натуре…
— Хтонь… — кивнул я.
Навстречу пазику по аллее шагал работяга в грязном комбинезоне и с лопатой на плече. Поравнявшись с памятником, он повернул в нашу сторону. Глядя под ноги, пересёк аллею, молча подошёл и уселся к столу напротив Кукуши.
— Здорово, Круглый, — сипло поприветствовал Кукуша.
Тот молча кивнул и достал из кармана белую пачку сигарет с синим кружком посерёдке. Закурил.
— Как житуха? — попытался начать разговор дядя Слава.
Работяга снова кивнул, выдохнул густой сизый дым и исподлобья посмотрел на меня, потом на Кукушу. Был он худым и жилистым. На немолодом лице читались следы тяжёлого труда и злоупотребления алкоголем. Руки выглядели изработанными, а под ногтями было черно.
— Знаешь, о чём базар? — спросил Кукуша.
— Нет, — коротко ответил мужик.
— Ты по пьяни сказал, что у тебя есть кое-что.
— По пьяни, чего не скажешь, — пропитым голосом ответил он и встал из-за стола. — Всё?
— Ты же говорил, он мент, — нахмурился я, глядя на Кукушу.
— Я копщик, — отрезал работяга и повернулся, чтобы уйти.
Не коп, а копщик.
— Это племяш Бешеного, — бросил Кукуша ему в спину.
Мужик замер, постоял пару секунд, повернулся и снова посмотрел на меня. На этот раз оценивающе.
— И чё? — перевёл он взгляд на толстяка. — Я с Бешеным лично знаком не был. Молодой ещё.
Сколько ему лет, понять было невозможно.
— Круглый, отдай мне материалы на Никиту Шеглова, — твёрдо сказал я. — Я его урою.
— Ты? — хмыкнул он и снова опустился на лавку. — Не уроешь, племяш. Я тоже думал, что урою, а теперь вот рою, рою, никак остановиться не могу. А он всё ещё на коне.
