Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер девяностых, погибший при исполнении долга, возвращается в теле современного десятиклассника. Он попадает в школу, где его одноклассники — избалованные дети, а среди них сын человека, который когда-то его предал. Теперь герою предстоит разобраться в прошлом и найти своё место в новом мире.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ну, и где твой синий? Сам-то ты без него не такой смелый, а?
— Слышь, баран, — вступил другой. — Ты думал, мы не знаем, что ты здесь живёшь?
Думал, не знаете, честно говоря. В архивах памяти Серёжи Краснова не было никаких записей, касательно встреч с этими придурками.
— Мы тебя видели когда ты с мажорами тёр. Да только мы не мажоры. Кабзда тебе, чушпан. У нас ваши блатные темы не канают. Попал ты!
Щёлкнуло лезвие ножа. Шакалы заржали… Я напрягся, по спине пробежал холодок. Ситуация вырисовывалась не самая приятная. До урны было метров пятнадцать. Надо было их преодолеть, а потом нащупать в помоях пушку, вытащить её, привести в боевое состояние и…
— Вы чего ребятки, — нахмурился я, делая шаг в сторону тополя. — Попутали? Думаете вам такой залёт сойдёт с рук?
— Братан, — заржал тот, что поплотнее и заступил мне путь к мусорнице. — Это ты попутал. Не на тех наехал. Не вдуплил ещё? Ну, значит, тормоз. Щас вдуплишь.
В это время распахнулась подъездная дверь и из неё выскочила Глотова. В своей короткой юбчонке и белой, светящейся в темноте блузке.
— Крас, ну ты чё меня там одну бросил?
— О-паньки! — глумливо воскликнул главарь гопников. — Бросил? Вот козёл. Но мы-то не бросим. Разве ж можем мы такую чику бросить, а пацаны?
Все заржали, а он шагнул в сторону Насти…
12. Тик-так, часики
Железная дверь позади Насти захлопнулась. Она отступила, но путь в подъезд был закрыт.
— Я закричу, — испуганно прошептала она, прижимаясь к двери спиной.
— Да ты чё? — оскалился главарь. — Кричи, если тебе нравится. Мы даже полицию вызовем. Сидор, позвони там, пусть приедут. Разберутся, что это за нарики здесь орут по ночам, честным гражданам спать мешают.
— Не, ты чё, — помотал головой Сидор. — Нахер надо! Они её в отделение увезут, а мы не при делах останемся. Лучше уж мы сами с ней…
— Ты баран что ли, какое отделение? — перебил старший. — Звони, я сказал! Вызывай патруль.
Настя онемела, только глазами хлопала и смотрела на меня. Но в этот раз дрына у меня не было, пистолета у меня не было и силёнок у меня не было. Нихера не было. А вот злость была. Гнев. Чёрный, недобрый, ослепляющий.
Гнев плохой помощник. Он не позволяет объективно оценивать ситуацию, путает мысли, толкает на необдуманные поступки, о которых потом частенько приходится жалеть. И не только в бою, в повседневной жизни тоже. Сказал же, гнев плохой советник!
Но… с другой стороны… мало что сравнится с бешеным взрывом энергии, который может обеспечить вспышка гнева.
— Финт, держи чику! — успел крикнуть шакалий главарь чуваку, стоявшему ближе всех к Насте, и даже вытянул руку в её сторону.
Но он не учёл, что в этот самый миг я уже срывался с места и уже летел, как стрела индейца, осмелившегося выступить против армии бледнолицых палачей.
