Опер из девяностых очутился в теле современного школьника. Житель прошлой эпохи не понимает новые технологии, но отлично разбирается в людях. Вооружённый уличной мудростью и принципом справедливости, он готов дать отпор любому злу. Его боевой опыт станет грозным оружием в школьных войнах.
Раздел Chitat.online для книги «Второгодка. Книга 2. Око за око» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Опер из девяностых очутился в теле современного школьника. Житель прошлой эпохи не понимает новые технологии, но отлично разбирается в людях. Вооружённый уличной мудростью и принципом справедливости, он готов дать отпор любому злу. Его боевой опыт станет грозным оружием в школьных войнах.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опер из девяностых очутился в теле современного школьника. Житель прошлой эпохи не понимает новые технологии, но отлично разбирается в людях. Вооружённый уличной мудростью и принципом справедливости, он готов дать отпор любому злу. Его боевой опыт станет грозным оружием в школьных войнах.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Машину оставил на парковке там же и пошёл пешком. Охрана на этот раз пропустила практически сразу, потому что Катя предупредила их о моём приходе. Пока шёл к дому, позвонил Кукуша. Сообщил, что барон поехал домой и что никакого вьетнамца не было. Я его отпустил и пообещал позвонить завтра.
Катя уже хлопнула для плезиру, и когда я, весь такой кабальеро с холодным шампанским и сладостями, появился на пороге, глаза у неё уже весело поблёскивали, отражая повысившийся уровень дофамина.
— Ах! — воскликнула она. — Прямо дон Жуан!"
"Ну, это вряд ли, хотя вот этот набор действовал безотказно, когда мы с ней только ещё «дружили».
— Очень странно, — беззаботно пожала она плечами, закрывая за мной дверь. — Но с тобой я чувствую себя на удивление спокойно и свободно. Хотя ты ровесник моего довольно позднего сына.
— Возможно, я являюсь символом того, что жизнь можно прожить заново, — хмыкнул я, но она пропустила это мимо ушей.
— Давай, что тут. О, Италия! Браво, синьор. А торт какой?
— Советовали «Мудрого еврея», но я решил взять «Павлову».
— О, безе! Ты всё правильно сделал.
Ещё бы. То что ты безе любишь, я ещё не успел забыть.
— А я сёмгу запекла. По-домашнему, без особых изысков. Или ты был на Мишлен настроен?
Я, если честно, был настроен на то, чтобы поскорее отсюда смотаться. Свалить нахрен! Потому что все эти пузырьки, безе и сёмга по-домашнему, без изысков — всё это, как раскалённые клейма прошлой жизни, воспроизведённые в новом виде, с болезненной настойчивостью возвращали меня к недавнему прошлому.
Это для неё, для Катюхи, прошло тридцать лет, и всё давно зарубцевалось и огрубело. А моё сердце было как стейк — обугленное снаружи и кровоточащее внутри. И выглядело так же. Наверное.
Мы сели за стол.
— Ну, наливай. Ты чего такой кислый? У тебя всё нормально?
— Да, всё хорошо, — кивнул я. — В принципе. А у тебя?
— Да-а, — махнула она рукой. — Тоже в принципе. Хорошо.
Она осушила бокал, а я только пригубил.
— А Матвей часто у отца ночует?
— Пс-с-с… — Усмехнулась Катя. — Второй раз или третий за всё время.
— А что, повод какой-то?
— Не знаю. Они какие-то планы строят на будущее. Мозговой штурм. Меня не посвящают в детали. Такие у нас отношения интересные.
Она развела руками и едва не сшибла бокал.
— Вчера, — даже не заметив этого продолжала она, — орал, как потерпевший. Мол, ты меня позоришь.
— Это из-за проделок Мэта?
— Наливай. У дамы бокал пустой.
Я подлил.
— Из-за проделок, — засмеялась Катя, быстро хмелея. — Из-за них. Ничего, говорит, тебе поручить нельзя, всё испортишь.
— Да ладно, это что, Никита твой придумал ахинею с фальшивками?
— Что? — нахмурилась Катя. — Нет, конечно, шутишь что ли? Никита из-за этого скандала и спустил всех собак на Мотю. Я говорю, ты чего орёшь на ребёнка, он же просто пошутил. Прикололся.
