В этой напряженной истории спецназовец оказывается на линии фронта между неумолимыми врагами и злобным командиром, который держит его как шашку. В каждой дуэли он выглядит соперником — такая идиотская ирония ситуации. Сколько раз он пытался отбиться от орущего Пётра Романова, похожего на футболиста в бронежиле....
Хотя, если честно, очень сильно стал сомневаться в вашем правовом статусе.
— Рассказывай.
Ну, я и рассказал. Практически, как есть, за исключением возвращения на базу и визита к Стакану.
— То есть вьетнамец — это ваш человек? — спросил я у впавшего в задумчивость Чердынцева. — Товарищ майор…
— А? Да почему он мой-то? Просто ты пойми такую вещь, мы с тобой на одной стороне. На светлой.
— Это здорово. Мне бы хотелось, чтобы у меня были союзники, но пока таковых я не вижу.
— Сергей, я тебя не понимаю.
Какую ты мне помощь предлагаешь, алё, если думаешь, что папка у меня?
— Вы издеваетесь? Ваш человек меня в рабство хотел взять. Это помощь? Серьёзно? По-моему, это больше похоже на устранение потенциальных конкурентов. Я это воспринимаю, как попытку меня ликвидировать. Причём, ни за хрен собачий. Я если бы что-то нашёл с вами поделился бы. А вот вы со мной понятно, что хотели сделать. Часики — себе, меня — вьетнамцу. Охренительная помощь.
— Послушай, это всё случайность с рабством. Никто же не ожидал, что ты там будешь.
— Да ну, Александр Николаевич, вы совсем-то глупости не морозьте. Если вы такой прозорливый и дальновидный, что сразу сообразили про подсказку с часами, почему столько тянули? Почему их сразу не изъяли? Почему ждали почти два дня? А как только я там появился сразу, чик-чирик, появился вьетконговец ваш. Любопытное совпадение.
— Ждал, потому что не сразу сообразил. А потом только догадался.
"— Ну, ослабляйте, чё. Он теперь считает меня виновным в том, что его базу менты накрыли. Попытается посчитаться. А вы мне что предлагаете? Пойти с ним трубку мира выкурить? Или, может быть, поработать на него лет двадцать в качестве раба?
— Послушай, моя помощь заключается в том, что я могу дать ход этим материалам. Материалам на Щеглова. А ты что с ними сделаешь? Отправишь в Следственный комитет или в газету?
— А вы уверены, что ваш заказчик пойдёт на это? Вы уверены, что он не будет использовать материалы тупо для шантажа?
— Какой заказчик?
— Тот, в чьих интересах вы ищете досье.
— Какую ещё Ангелину?
— Ангелину, из-за которой я таблетки жрал.
