В этой напряженной истории спецназовец оказывается на линии фронта между неумолимыми врагами и злобным командиром, который держит его как шашку. В каждой дуэли он выглядит соперником — такая идиотская ирония ситуации. Сколько раз он пытался отбиться от орущего Пётра Романова, похожего на футболиста в бронежиле....
— Заинтриговал, блин, а теперь глазки строишь. Я тебе конь что ли?
Он аж рот разинул от моей наглости.
— Да ладно, чё ты, пошутил, — усмехнулся я. — Кто этот злодей херов? Только не говори, что это тот, на кого я подумал.
— Не вздумай когда-нибудь так при дяде Нико пошутить, — зло процедил он, наставив на меня указательный палец. — Ты понял?
— А чего такого? Все знают, ваш народ лошадей любит…
— Ты, чё, Крас? Нарываешься что ли⁈
— Ну, не буду, не буду. Чувствительные все такие…
— Короче. Да. Ты правильно подумал.
— Кто? — обалдело посмотрел я на Жана. — Мэт? Ты с дуба рухнул?
— А вот нихера я не рухнул, — горячо воскликнул Князь и посмотрел по сторонам.
В глазах вспыхнул азарт, и я прямо почувствовал, как у него всё горит внутри.
— Прикинь, какая херня, вьетнамец этот знает того, кто это всё замутил, — зашептал он.
— То есть он так и сказал, что это Мэт?
— Блин! Не тупи, Крас. Нет. Он не знает, что это Мэт. Это только я знаю. Но вьетнамец его видел. То есть чела, который это организовал.
— Ты серьёзно думаешь, что Шалаев мог хоть что-то организовать?
— Фигасе, — развёл руками Жан. — То есть налёт на Назаровскую тусу он смог организовать, а тут чё? Чё там организовывать вообще? Бате позвонил и всё, а тот уже и послал, кого надо. Ты не перебивай, блин! Короче, там такой замут, ты охренеешь. Вьетнамец приехал со своими людишками в какую-то хибару.
— Чё за хибара?
— Да погоди ты! — горячился он. — Не знаю! Какая разница! Ты суть лови, суть.
— А суть они в песок, — кивнул я.
— А? Кто?
Он завис, пытаясь понять, о чём я вообще. Я только вздохнул и головой покачал. Инфантилы, что с них взять.
— Ладно, смотри. Он туда зашёл. В халупу эту. А там пацан этот крутился. Нашего возраста без документов, без телефона, вообще чистый. Ну, вьетнамец его запихал в тачку, чтобы разобраться, кто он и чё там делал.
— Угу, — хмыкнул я.
— Вот. А пацанёнок, значит, тёрся у старых часов. Здоровые такие часы. С меня ростом.
— А ты откуда это всё знаешь?
— Мне дядя Нико рассказал. Не перебивай. Короче… Кент этот с базы свалил…
— Кто именно, вьетнамец или пацан?
— Какой, нахер, вьетнамец! — рассердился князь. — Пацан, свалил. Стуканул ментам, что там ворованные вещи и табак контрафактный. Там весь склад был ящиками забит.
Да. Точно такие же ящики я видел у барона в подвале.
