Автор
Как ни старалась скрыть волнение и неловкость, я внимательно изучала его лицо — он казался таким же потрепанным, как и прежде. Между тем воздух наполнялся густым ароматом воспоминаний о прошлом, будто кто-то в глубинах сердца заставлял нас вернуться к моментам, когда мы были ближе друг к другу, чем сейчас....
Варвара Степановна, похоже, не уловила моего тона. Она торжественно кивнула и, бормоча что-то о важности безопасности, побрела обратно по коридору. Я захлопнула дверь и застонала.
Душ. Вот что мне нужно. Десять минут спустя я стояла под горячими струями воды, позволяя им смыть все мысли. Я пыталась не думать о Наилье – о его поцелуе, его прикосновениях, о том, как он умудряется завязывать мои эмоции в узлы. Но, конечно, это было всё, о чём я могла думать.
Когда я вышла из душа и переоделась в пижаму, мне стало немного легче.
Во мне вспыхнул гнев. Что он делает? Ждёт, что я выбегу и попрошу его остаться? Я отвернулась, сказав себе, что мне всё равно. Я забралась в постель, натянула одеяло до подбородка, но сон не шёл. В голове крутились события вечера, каждое слово, каждое прикосновение.
И тут послышались сирены.
Я вскочила, и красно-синие отблески мигалок отразились на стенах моей комнаты.
– Невероятно, – пробормотала я, накидывая халат и выбегая из квартиры.
Когда я выбежала на улицу, Варвара Степановна уже что-то объясняла полицейским своим пронзительным голосом:
– Он ошивался под окнами, выглядел подозрительно.
– Это не грабитель, – сказала я, проталкиваясь сквозь толпу. – Это мой бывший муж.
Полицейские замерли, взглянув на меня, затем на Наиля. Один из них приподнял бровь.
– Это правда? Вы знаете этого человека? Нам поступил вызов, что возле дома замечен грабитель.
– Да, – ответила я с раздражением. – Это недоразумение. Отпустите его.
Варвара Степановна выглядела возмущённой.
– Но он ошивался здесь! Стоял и смотрел на дом!
– Наверное, решил свести меня с ума, устроив сюрприз, – буркнула я, одарив Наиля убийственным взглядом. – Это его специализация.
После напряжённой паузы полицейские сняли с него наручники. Наиль поднялся, потирая запястья, с выражением, которое трудно было прочитать.д.
– Спасибо, Мари, – сказал он коротко. Затем его глаза опустились, и его лицо напряглось. Челюсть сжалась, а взгляд вспыхнул гневом.
