В зале царит напряженная атмосфера, как будто воздух замер на миг перед непредсказуемым событием. Генерал Драгос Эвервин в черных плащах и с ожиданием на гладкой дубовой паркетке. За ним - две угрюмыми собачками, словно монстры из сказки. Вся комната напряглась, как будто ждала этого момента....
Пойдемте скорее! Надо укрыться в безопасном месте!
— Кто напал? — подскакиваю с табуретки.
— Твари Бездны!
От этой новости все внутри каменеет.
Думаю о лазарете.
Драконы. Многие уже почти-почти в норме, а многие не дозрели до этой самой нормы. И Драгос… Его рука…
Я ведь его не долечила!
Как он будет сражаться одной рукой?!
Это будет не сражение, а самоубийство. Он же не сможет летать с одним действующим крылом! Мысль об этом меня грызет поедом. Целительница называется! Собственному мужу помочь не смогла! Думала, у нас времени полно, а на самом деле вон оно как сложилось!
Поворачиваюсь к служанке и воинственной Марте, мечущейся по кухне.
Когда мы оказываемся совсем рядом с выходом, останавливаюсь.
— Ирия, Марта, послушайте! Лиурги ползучие твари. Им легче всего проникнуть в подвалы и подземные ходы. Соберите людей и укройтесь в широкой башне, не ниже второго этажа.
— А вы, миледи? — Ирия холодными пальцами цепляется за мое запястье. — Пойдемте с нами!
— Идите без меня! Я должна закончить кое-что важное!
— Вы не в себе, миледи! Что может быть важнее спасения? — подступает Марта.
Судя по решительному взгляду, она готова бросить чугунною сковороду, чтобы силком тащить меня в безопасное место. А, судя по крепкой комплекции, у нее запросто это получится!
Мотаю головой:
— Помнишь, что ты мне говорила недавно? Пора дать новые крылья дракону!
В глазах кухарки рождается понимание.
Я на секунду застываю на месте. Теряюсь. Звуки сражения оглушают. Куда бежать — ума не приложу. «Где ты, Драгос?!» — мысленно обращаюсь к нему.
Меня влечет на улицу.
Рывком распахиваю входную дверь, и на пороге каменею от ужаса.
Склизкие, блестящие на солнце темные спины извиваются, будто гигантские слизни. Огонь их не берет. Только, когда струя пламени попадает в разинутую пасть одному из лиургов, тот начинает корчиться от боли.
