Он так нехорошо прищурился, что я испугалась.
— Я не хочу выходить за Филиппа, — в ужасе выпалила я прежде, чем успела подумать. — Я его не люблю. И вообще, я помолвлена. Да, — я облегченно выдохнула. — Я помолвлена, и это не та помолвка, которую можно разорвать.
— Для блага Шамбора разорвать можно все что угодно, — возразил Шарль и взял меня за руку. — Но знаешь, мне почему-то тоже не хочется, чтобы ты выходила за Филиппа. Прикрывать своей жизнью чужие грешки… Оно того не стоит.
По-хорошему, нужно было забрать руку и сказать что-нибудь едкое про его невесту или моего жениха. Как его там? Я поняла, что решительно не могу вспомнить, кто же мой жених. Да и зачем? В конце концов, ничего страшного не случится, если Шарль немного подержит меня за руку. Он уже столько раз меня спасал, что теперь может считаться почти братом, даже ближе, чем Жан-Филипп. Намного ближе. Вот прямо совсем рядом…
— Чем это вы тут занимаетесь? — пробурчал недовольный кузен.
Надо же, у меня получилось материализовать мысли. Не успела подумать о Жане-Филиппе — и вот он, тут как тут. И почему только этого не получалось раньше, когда кузен был срочно нужен? Когда нужен, он не просто не материализуется, он исчезает с немыслимой скоростью. Нет, возник сейчас, когда совсем не нужен, ведь я почти ничего не выяснила у Шарля. Я выдернула руку и недовольно посмотрела на нарушителя нашей беседы.
— Медитируем, — невозмутимо пояснил Шарль. — Меня Фурнье попросил позаниматься.
— Непохоже на медитацию, — возразил Жан-Филипп. — Мне показалось, что еще чуть-чуть — и вы поцелуетесь.
— В читальном зале? — изумился Шарль.
— Какая разница где? Вот я и решил этого «чуть-чуть» не ждать, пресечь сразу.
Он сурово посмотрел, словно выполнял наказ дяди Жерара по моему воспитанию. Идеальный старший родственник, блюдущий честь кузины. Наверняка перед зеркалом не один час репетировал.
— Не выдумывай! — вспыхнула я. — Влез в разговор, помешал… медитации, а теперь еще оправдывается.
— Я оправдываюсь? Вы бы уже определились, разговаривали или медитировали, — ядовито бросил кузен. — А то все ее ищут, а она тут медитирует, видите ли. Хорошо еще, что никто не видит, как именно и в какой компании.
— Как и в какой компании медитировать, решать мне! — возмутилась я.
— Ты так домедитируешься непонятно до чего, — чуть скучающе ответил кузен. — Николь, я тебя искал для другого разговора. Медитация, знаешь ли, не самое важное в жизни.
— Мы еще не закончили, — запротестовала я. — У меня остались вопросы.