Ночь пронизывала холодом, но теплый шепот его прикосновений согревал кожу на самых чувствительных местах. Я стояла неподвижно, понимая, что моя реакция может изменить все: вечер, отношения и даже мою жизнь. Анастасия! Очнись! Неужели это была ты в той беседке, о которой мы говорили?...
Я откинулась на край ванной и без слов позволила ему продолжать движение, немного разведя ноги. Меня прошило множеством мелких импульсов, когда он все-таки коснулся центра женственности и погладил складочки. Сначала снаружи, а затем погружая палец глубже и безумно нежно поглаживая чувствительное местечко. Я заерзала, желая продолжения. Застонала, когда он сделал это - проник туда, где не бывал ещё никто. Несколько тягучих движения внутрь и обратно, и тело вспыхнуло ярким пламенем, а потом и взорвалась каскадом неведомых прежде ощущений.
На этом самом моменте я открыла глаза, ощущая болезненное разочарование - я по-прежнему лежу в ванной одна, а внутри все сжимается от сладких спазмов. Мой первый оргазм, а это был именно он, произошел с Ваней. Только он об этом не знает. И как мне ему в глаза смотреть?
Но смотреть в глаза не пришлось до понедельника, а к тому времени все забылось. Или, по крайней мере, не воспринималось так остро, как в первый момент после пробуждения.
В пятницу Туманов вдруг одумался и повел меня в зоопарк.
При прощании Никита смазал впечатление - опять то же самое - прижал к себе и зарылся лицом в шею.
- Настька, как же ты чудно пахнешь, - прошептал охрипшим голосом. - Я дурею от этого запаха. Клубника вперемешку с тобой. Я еще в офисе учуял, чуть не бросил переговоры и не утащил тебя… куда-нибудь.
- Куда? Зачем? Туманов, даже не смей ничего подобного выкинуть. Ни одна живая душа не должна заподозрить, что у нас что-то изменилось.
Оценил мой рык. Сдался и пообещал хранить тайну.
