В вышине неба раскинулось глубокое синее — знак того, что новый день приближается. Меньше года назад баронесса Ирэн Лопатина столкнулась со страшной аварией и оказалась в чужом мире. Теперь она стремится сохранить воспоминания о прежней жизни, несмотря на все трудности нового существования....
Наконец им удалось загнать одну, и Забела, дав команду Батыру стоять, уже приготовился к прыжку, но первым к косуле подобрался другой человек. Он ловко кинул верёвку, овившуюся вокруг длинной шеи.
Мужчина был одет как крестьянин, или охотник, на голове у него была крестьянская шапка, лицо закрывала густая борода, тёплый картуз, и широкие штаны, заправленные во что-то наподобие высоких чуней, но на плотной подошве.
— Эй, ты, —возмущённо крикнул Забела, тем самым ещё привлекая внимание Морозова, — это моя добыча
И услышал в ответ очень знакомый голос:
— Не поймал, значит не твоя
Забела замер, стараясь всмотреться в лицо человека, посмотрел на Батыра, который не рычал, хотя на чужих всегда реагирует.
— Сергей? — удивлённо крикнул Забела
Мужчина вздрогнул, но не остановился
Морозов побежал за ним, догоняя:
— Да стой же ты!
Мужчина остановился, сбросил косулю с плеч, руку положил на ножны кинжала на поясе:
— Чего надо?
Вместо ответа Забела сдёрнул с мужчины шапку и из-под тёмных бровей на него взглянули знакомые зелёные славянские глаза.
Теперь Забела не сомневался, перед ним стоял барон Сергей Виленский.
Мужчина наполовину вытянул кинжал из ножен и угрожающе произнёс
— Ты что творишь?
— Сергей, ты что, не узнаёшь меня? Это же я Андрей, — недоумённо спросил Забела.
Но мужчина, не выпуская рукоять кинжала из руки, продолжал смотреть настороженно.
— Идите своей дорогой, я не хочу драки, но косулю не отдам
Морозов тоже застыл, ошарашенно глядя на Виленского
— Сергей?
— Нет, меня зовут Георгий, — буркнул он и отпустив, наконец-то кинжал, снова взвалил косулю себе на плечи.
— Ты посмотри, он снова уходит, и не меньше пяти пудов тащит, силён, а мы тут с ног сбились, всей империей его ищем, — Забела не понимал, что могло произойти с Виленским, что он будто бы другой человек.
— Тут что-то не так, — задумчиво проговорил Морозов, и добавил, — пошли за ним
— Ага, — шутливо отозвался Забела, — ты видел, он чуть что, сразу за свой кинжал хватается.
И они, позабыв про охоту, двинулись по той же тропе, что и Виленский, называющий себя Георгием.
Они шли в отдалении, и мужчина их не замечал, хотя пару раз оглянулся.
