В вышине неба раскинулось глубокое синее — знак того, что новый день приближается. Меньше года назад баронесса Ирэн Лопатина столкнулась со страшной аварией и оказалась в чужом мире. Теперь она стремится сохранить воспоминания о прежней жизни, несмотря на все трудности нового существования....
Давид, возвышаясь над Ирэн почти на голову, стоял, склонив эту самую голову и краснел.
— Ты понял меня, Давид? — спросила Ирэн
Молодой князь Дадиани кивнул.
— Вот и хорошо, — улыбнулась Ирэн, — впереди ещё долгая дорога, постарайся быть взрослым.
Подошла к палатке и увидела, что Софья стоит и выглядывает из-за полога.
— Доброе утро, Софья Павловна, — сухо сказала Ирэн.
— Ирэн Леонидовна, простите меня, пожалуйста, — Софья подняла на Ирэн свои огромные голубые глаза.
Ирэн прошла в палатку, присела на лежанку, показала Софье присесть напротив:
— Соня, ты понимаешь, что мы едем на Кавказ, там свои законы, подумай, готова ли ты принять их и жить.
Софья вдруг замотала головой:
— Но ничего же не было
Ирэн вдруг поняла, что у Сони был только брат, а в этом времени вряд ли кто-то мог девочке рассказать обо всех сторонах брака.
Ирэн подумала: — вот же ввязалась, мамочка
— Соня, что ты вообще знаешь о том, что происходит между супругами.
Конечно, Софья была девушка образованная, но её познания не заходили дальше поцелуев.
Софья же пообещала, что впредь не станет уединяться с князем, пусть и они не сделали ничего крамольного, но злые языки никто не отменял, а Ирэн знала на собственном опыте как могут раздуть из мухи слона.
Из палатки выходили умытые, причёсанные. Ирэн строго-настрого приказала Софье держать нос повыше, и ни в коем случае не изображать из себя виноватую.
После завтрака снова распределились по каретам. Ирэн было интересно обсудить с Морозовым, как и где он нашёл «сладкую парочку», но Морозов был занят, отправлял вперед гвардейцев. Чтобы определить, где будет ночевать караван следующей ночью. Всё-таки ночевка в поле мало подходила баронессе и княгиням.
На всякий случай, проезжая мимо деревень, заехали и остановились в одной из них, чтобы закупить провизию и заодно перекусить, уже было время обеда. А в пути, да по ровной дороге аппетит нагуливался быстро.
В дому у старосты им накрыли стол в светлой и просторной горнице.
Ирэн с опаской входила в дом, вспоминая то, что она поначалу видела в своих деревнях. Когда в доме вместе с хозяевами проживал и домашний скот. Хотя это же было зимой, а сейчас уже лето.
