В вышине неба раскинулось глубокое синее — знак того, что новый день приближается. Меньше года назад баронесса Ирэн Лопатина столкнулась со страшной аварией и оказалась в чужом мире. Теперь она стремится сохранить воспоминания о прежней жизни, несмотря на все трудности нового существования....
Устроились в небольшой гостиной, для приватных бесед, как назвала её бабушка Нино, которая увела Софью и обещала никуда от неё не отходить.
Конечно, такие разговоры лучше вести в присутствии мужчин, но ни Забела, ни Морозов не в курсе, что Ирэн настояла на встрече с главой рода Леониди.
Первыми пришли профессора. Ирэн так растрогалась, ей казалось, что она не видела их целую вечность.
Слуги довольно споро накрыли столик с чаем и лёгкими закусками, а профессора начали рассказывать, что в ожидании оборудования он съездили в три места, которые Ирэн изначально указала на карте.
И это было так интересно, что Ирэн тоже решила, как только станет понятен статус Софьи, она сразу же поедет смотреть предполагаемые места для начала бурения.
Заговорившись с профессорами, Ирэн пропустила момент, когда пришёл глава рода Леониди. Хорошо, что вошёл он одновременно с князем. Входили они с разных сторон гостиной.
Леониди сделал несколько шагов и остановился.
Князь произнёс:
— Проходи, Иракли, садись, есть разговор, не быстрый.
Князь ещё раз представил Ирэн и профессоров.
Когда князь говорил, чем занимаются Гукасов и профессор Шмоль, то Ирэн заметила, как заинтересованно блеснули глаза Леониди.
Конечно, князь не стал говорить, что столичные гости приехали искать «чёрную кровь», но то, что они приехали обследовать недра Горного княжества, он сказал.
Ирэн взяла слово сама и снова начала задавать вопросы про землю и скалистые горы.
Леониди сперва отвечал неохотно, но потом, когда увидел, что учёные реагируют активно на те или иные признаки, оживился, расслабился и стал описывать что они пытались делать и как искать.
Когда все вопросы были заданы, Ирэн спросила, обратившись только к Гукасову Павлу Осиповичу и к Шмолю Аристарху Викентьевичу:
— Ну, что думаете, господа профессора, на мой взгляд там и драгоценные жили должны проходить и «чёрная кровь» тоже.
Ответил Павел Осипович:
— Несомненно, Ирэн Леонидовна, но надобно смотреть, вдруг там не подберёшься, горы, знаете ли.
И здесь Иракли Леониди выдал свою заинтересованность, потому что резко занервничал. Ещё бы он уже в мыслях своих «опустил руки по локоть в сундуки с драгоценными камнями». И быстро заговорил с лёгким кавказским акцентом:
— Как это не подберёшься, у меня там свободно можно проходить
И вот здесь Ирэн и сказала, холодно улыбнувшись:
— Пройти при желании можно везде, но Иракли Геворкович, нам бы с вами разногласия решить и тогда мы могли бы делами заняться.
