В вышине неба раскинулось глубокое синее — знак того, что новый день приближается. Меньше года назад баронесса Ирэн Лопатина столкнулась со страшной аварией и оказалась в чужом мире. Теперь она стремится сохранить воспоминания о прежней жизни, несмотря на все трудности нового существования....
— Алекс, отпусти, бога ради, она там одна, одна против всех, — взмолился он, глядя на императора
— Ну-у, — немного замялся Шувалов, —она там не одна, с ней там и Морозов и… Забела и у рода Дадиани перед ней долг жизни
— А есть у ваших агентов информация, которую вы нам зачитали? — с явным сарказмом спросил Виленский Шувалова
— Да я её только этой ночью получил! — Шувалова возмутил тон Виленского, — но парни профессионалы, будут признаки, сразу заметят"
"Виленский снова перевёл взгляд на императора.
— Серж, не сейчас, но как только Совет утвердит всё, что мы наметили и во всех уездах будут твои люди, — я даю слово, ни на день не задержу.
Виленский, который каждый день ждал известий от Ирэн, решил сам написать ей и отправить почту императорской курьерской службой. Должны же быть у него какие-то привилегии. А то от Шувалова не дождёшься. По пути в свой кабинет, он отправил гвардейцев на поиски курьеров, а сам побежал писать письмо.
Глава 22
— Слава богу, — думала Ирэн, собираясь в поездку на потенциальные буровые площадки, —все эти «танцы с бубнами» закончились.
Уже прошло несколько дней, как Софью официально объявили невестой наследника, и они съехали из дворца в дом бабушки Нино. Конечно, Давид настаивал на том, чтобы они остались во дворце и сам собирался съехать, но Ирэн так хотелось пожить в домике у моря, чтобы только свои и никого лишнего, что она не позволила себя уговорить.
Однозначно, что, если бы был хотя один шанс, что место пребывания опасное, то их бы никто туда не отпустил. Но и Якоб и Андрей сошлись во мнении, что лучше проживать в относительно небольшом доме, чем в огромном дворце, пусть оттуда и начали постепенно разъезжаться все те, кто рассчитывал, что наследник быстро освободится. И первым делом уехали Леониди.
Перед их отъездом между Забелой и Морозовым состоялся такой разговор, на котором был и Давид и Али-Мирза:
— Зачем ты их отпускаешь, Яша? — спросил Забела, —а как же твоё расследование покушения в горах?
— Ты знаешь, я теперь не совсем уверен, что это могли организовать Леониди, мне кажется, что девица Леониди, конечно злобная, но ей бы не хватило ни связей, ни ума.
