В непонятной Варшаве 1893 года начинается сюжет о ловких финансовых махинациях и жестоких уловках в мире страхования жизни. Книга раскрывает дьявольскую истину французского поднадежного журнала, способную навредить не только доверчивым клиентам, но и целым медицинским сообществом....
К окружающему миру был безразличен.
– После трагедии Матвей перестал реагировать на звуки, – проговорила Валерия, не отрываясь от газеты. – Мой бедный брат немой, так его сделали глухим…
– Простите, я не знала…
– Вы ни в чем не виноваты… Но они… Как они могли… – Валерия ткнула пальцем в небольшую заметку внизу газетной полосы. – Так читали это?
– Еще не успела…
– Тогда послушайте… – Мадемуазель сложила газету вдвое и еще согнула пополам, чтоб новость в черной рамке оказался перед ней.
Валерия скомкала газету, как снежок, и швырнула под стол.
– Их летний сезон беспокоит… Фамилию и ту переврали, – проговорила она, сложив руки, как ученица. – Наш уважаемый комиссар Лелюш провел расследование! Наблюдала я это расследование: глянул на тело и отвернулся.
Горе мадемуазель было глубоко. Надо иметь ледяное сердце, чтобы не сочувствовать ему. Что-что, а сердце у баронессы было отзывчивым. Особенно к юным барышням, которым жизнь внезапно показала козью морду.
– Трагическая случайность… Море, волны, пустой пляж…
– Не было никакой случайности, – сказала Валерия, неподвижно глядя в стол.
– Расскажите, расскажите, милая, что случилось в тот день. – Баронесса уже трижды слышала эту историю, но иногда помощь заключается в том, чтоб выслушать чужое горе опять и опять."
"– Было чудесное утро… Мы сели в саду играть в «Гусика».
