Гениальная воровка Агата возвращается из Ниццы по просьбе подруги, оставив позади надежду забыть холодного московского чиновника Алексея Пушкина. Её ждут серьёзные испытания, которые переплетут судьбы героев в непредсказуемый клубок интриг и опасностей.
Он сорвался на Казачкова, накричав и швырнув бумаги, плохо составленные, хотя бумаги были образцовыми. Устроил распекание Бастанджогло за то, что ведомость с договорами недостаточно аккуратно написана. Хотя почерк Бастанджогло был каллиграфическим. Ну и тому подобное… Он сидел в кабинете и переживал, что позволил себе неприличную выходку. Хоть отец его, Макар Иванович, позволял себе такое, что вспомнить страшно.
Заглянул Казачков, подчеркнуто обиженным тоном доложил, что к господину управляющему посетитель. Вести разговоры Кирилл Макарович не был расположен, но отказать не посмел.
По тому, как вошел господин, как двигался, как поклонился, стало ясно, что явился иностранец. Проявив уважение, Алабьев встал.
– Чем могу помочь? – спросил он по-французски. И не ошибся.
Гость ответил ему на родном языке:
– Могу я видеть господин Alabieff?
– Господин Алабьев в отъезде. Я его сын, временно исполняю обязанности управляющего.
– О, как приятно, господин Alabieff!
– Прошу простить, мы не знакомы?
Вопрос завертелся на языке Кирилла Макаровича в ту же секунду, как увидел француза.
– О, месье! Эта вечная маленькая ошибка… Я догадываюсь о причине ваших сомнений… Наверное, прошлым летом, когда ваша семья гостила у нас на Лазурном берегу, вы встречали моего брата, младшего инспектора Жано? Я прав?
Действительно, инспектор Жано вместе с комиссаром Лелюшем осматривали тело утонувшей госпожи Алабьевой. Вспоминать об этом Кириллу Макаровичу было неприятно.
– Позвольте узнать, кто же вы? – спросил он."
"– Родной брат нашего дорогого инспектора, Антуан Жано. К вашим услугам, месье… – Француз отдал поклон, который само изящество приняло за образец. – Я коммерсант, представляю страховое общество Mutuelle Vie. Приехал, чтобы завершить переговоры с вашим отцом, начатые прошлым летом в Ницце и прерванные трагическим происшествием… Примите мои соболезнования, месье…
– Какие переговоры? – спросил Кирилл Макарович и сразу пожалел: тем самым показал, что отец не доверяет ему важную информацию.
Месье Жано изящно развел руками:
– Коммерческие, разумеется… Я приехал, чтобы закончить обсуждение условий сделки.
– Сделки?
– Конечно! Месье Alabieff еще летом изъявил желание продать свое страховое общество нашему. Мы давно хотели войти на рынок России. Я не смог завершить переговоры с вашим отцом. Но недавно получил от него приглашение прибыть в Москву, чтобы подписать конечные условия сделки.
