Ближайших накрыть не успели, — плоть, бледная и желтоватая, в корках запекшейся крови и обмытая, в тельняшках и выгоревших гимнастерках, обутая и босая.
Катя отвернулась и заорала пожилому щетинистому санитару:
Санитар безмолвно подхватил заскорузлые носилки, подошел. Самокрутку из зубов так и не вынул. Лицо черное, отсутствующее, словно сто лет мертвых и полумертвых по монастырскому двору таскал. Забыл, когда спал, человек.
Сняли Окунева. Почувствовавшая себя на своем месте Мотя скомандовала, куда тащить, бодро ухватилась за носилки.
— Ты про Ленчика не забудь. Глянь в бумажки, — напомнила Катя, забираясь в кабину. — Я сейчас вернусь.
Военфельдшер обернулась, что-то крикнула, но «ЗИС» уже сдавал задним ходом.
Машина вылетела наверх. Проклятая коробка опять бастовала. Катя не без труда свернула с дороги. Наезженная колея вела куда-то в сторону Золотой балки. Направление нужное, вот только как бы в воронку не влететь.
Катю остановили минут через десять.
— Куда прешь! Простреливается!
— Так разгружай! В рот пароход! — завопила Катя, высовываясь из кабины прямо на капот. — Мне ждать некогда.
Траншеи тянулись по обратной стороне высоты. «Колючка». Замаскированный дзот. Стрелковые ячейки. Впереди, ближе к северу, громыхало и громыхало. Кажется, даже утреннее небо стало серым.
— Мины? Туда сворачивай, — к машине подошел худощавый капитан.
— Товарищ капитан, — взмолилась Катя. — Дайте здесь сгрузиться. Мне в госпиталь ехать. Срочно.
— Это что еще за явление? — удивился капитан, глядя на светловолосую, измазанную подсохшей кровью девушку. — Почему на нашей машине?
— Рядовая Мезина, — поспешно доложила Катя. — Из монастыря раненых вожу. Машину разбило, а тут ваша. Водитель ваш — того. Раненые ждут. Разгрузите, а?
— Туда давай, — капитан махнул рукой. — Раз в монастырь, у нас двоих захвати. Только что зацепило.
Катя помогла сгрузить боеприпасы у ниши, вырубленной в скале.
— Что так мало? — прокряхтел немолодой сержант.
— Не успела налепить побольше, — огрызнулась Катя. — Где ваши раненые?
— Постой, — капитан ухватил за рукав. — Ты откуда такая?
— Вчера была из зенитного прикрытия отдела «К».
— У штаба ГКО стояли. Только накрылась наша стучалка. Теперь вот на машине трясусь.
— Понятно. А это откуда? — Капитан ткнул пальцем в автоматные подсумки на ремне девушки.
— Кавалер подарил. Ему уже без надобности, — не стрелок.
— У вас там дела лихие, — покачал головой капитан, внимательно всматриваясь в чумазую девушку. — На машину сажают необученных, пистолетами-пулеметами одаривают. Анархия.
— Да вы что, товарищ капитан, — если нужно, возьмите. Вы ж на переднем крае, — Катя сдернула с пояса подсумки. — Мне эта тяжеленная железка в кабине мешает.