Автор
В выкупленной родной семье каждый день начинается как обычная поездка, но потом внезапно превращается в бегство. Вспыхивают скандалы и ссоры, а за дверями соседей готовятся к нечто ужасное. Супруги пытаются сохранить равновесие между тем, как они жили, и новой реальностью, где каждый шаг подозрителен....
— Да, меня ждал Мирон. Наш папа.
Маме придется принять этот факт.
— Дочь, у каждой семьи бывают тяжелые времена…
— Мам, далеко не каждый муж продает жену! Давай не будем ходить по кругу.
Мама пыхтит
— Ну что ты заладила эту формулировку! Хорошо, почему ты тогда не злишься на Красильникова? Ведь по-твоему, он тебя купил!
Снова перевожу дыхание.
— Я злилась… Это в принципе неважно. Самое главное, мама, не верь Ивану! У него в глазах стоят только деньги, он слетел с катушек! Использует тебя, чтобы подобраться ко мне и малышу.
— Он очень сильно хочет помириться!
— Конечно! — тут я соглашаюсь. — Ведь наследство замаячило снова, а без нас его не получить. Даже страшно представить, что будет, если ему достанутся эти деньги!
— Лада… Это же ведь Ваня.
Моя собеседница непробиваема.
— Мама, ты живешь прошлым. А люди меняются, — я повторяю слова Мирона, — а еще могут показать истинное лицо.
— Так вот бойся, что его покажет Красильников! — мама переходит с больной головы на здоровую.
У меня внутри все обрывается. Не от жалости к мужу, а от страха за другого человека.
— Какое состояние было у Ивана?
Мама фыркает.
— Тяжелое! Все побои он зафиксирует. А ты пока не поздно беги от этого ненормального! Какое воспитание он сможет дать Матюшке? Этот человек понятия не имеет, какой должна быть семья.
— Мама, не лезь хотя бы в это!
В дебри бывшей Мирона я точно уходит не хочу. В висках бьется тревога из-за Вани. Он постарается нагадить Красильникову по полной.
— В твою жизнь мне тоже не лезть?! — вздрагиваю от крика мамы. — Ты рядом с этим…
Мне становится жарко.
— Мама, Мирон — самый лучший мужчина из всех, кого я когда-либо знала! Он заботится о сыне… и обо мне.
Мне больше не хватает воздуха. Да и я в принципе все сказала. Во мне сидело много страхов и много чего мне говорили про Мирона. Но сейчас я доверяю только ему.
— Ты еще скажи, что его любишь! — ахает родительница.
