Я сглатываю слюну и тяну руку, приподнимаю подол, чтобы посмотреть, есть ли еще пятна, а может быть еще сочится кровь?
Тут же получаю по руке ладошкой.
— Руки свои держи при себе! Мне одного извращенца хватает, — выдергивает она из-под меня одеяло, накрывается. Через несколько минут я слышу лишь ее спокойное дыхание. Вскоре засыпаю сам, плавая в странной дреме теней и света. Вспоминается почему — то наркоз после того как меня в больницу забрали с аппендиксом. Кажется, что меня снова везут на каталке, снова перед глазами мелькают белые лампы.
Открываю глаза резко, от пронзительного крика.
— Мои волосы! Господи, мои волосы!
Подрываюсь и вижу, как повсюду валяются волосы Аси, белые пряди, которые снегом падают с ее головы, оставляя лишь плохо обрезанное каре.
— Демьян! Он обрезал мои волосы! Ты видел кого – то? Как он сюда зашел?! — она падает на колени, ревет, собирая кучку светлых, спутанных волос. – Демьян, я же их всю жизнь растила! Мои волосы!
Сползаю с кровати, сажусь рядом, глажу по голове…
— Я же тебя предупреждал, Ась. В этой ситуации, лучше слушаться и действовать сообща.
— Это ты… — поднимает она заплаканное лицо, смотрит дико, с отчаянной ненавистью. – Это ты сделал? Ты обрезал их!
— Нет, не неси хуйню! Нахрена мне это делать?!
— Это ты! Чтобы согласилась, чтобы легла под тебя, стала твоей шлюхой! – бьет меня. Раз, другой, обжигает щеку. – Ты это сделал! Ты, ты, ты! Мои волосы…Мои волосы… Как он мог… Как…
Обнимаю дрожащее тело, она все еще содрогается в рыданиях, периодически нанося мне удары по груди и лицу.
— Это же мои волосы…
— А мог быть палец… Волосы отрастут… Ась, — хватаю лицо, обнимаю пальцами. – Мы обязаны слушаться, сейчас мы должны просто выжить, вместе.
— Вместе? — мотает головой. – Я не смогу, я не умею так, я не смогу…
— Забудь про все, забудь про то где мы, просто чувствуй, чувствуй меня, смотри на меня….
— Ненавижу вас все, тебя, — истерика возвращается. Ася лупит меня сильнее, причиняет боль, но я просто заворачиваю ей руку, прикусываю пульсирующую вену на шее…
— Я сам все сделаю… Ася, я с ума от тебя схожу.
— От запаха, от вкуса кожи… Забудь про все, представь, что мы одни, в лесу… На том месте, где я забирал тебя…
— Да, ты не представляешь, как часто я фантазировал, как валю тебя на траву, как целую.
— Целуешь? — облизывает губы, поворачивает лицо, сдается с горящими в темноте глазами. А я подчиняюсь себе, накрываю мягкий рот, ощущая соль и сладость, что, смешиваясь создают на языке взрыв терпкого безумия.