Автор
В вышине над страхом города веет неопределенностью будущего. Машина Анны Ахматовы врезаласся в яму, и она невольно вздохнула, ощутив непреодолимое беспокойство за безопасность водителя - Корсакова. Он привык к бездорожью и опытный вождь, но городские дороги остаются загадкой даже для профессионала....
И на этот раз уже насовсем».
— Что ты там бормочешь себе под нос? — спросил Иван, отстающий от нее на пару ступенек. — Если ты разговариваешь со мной, то я тебя не слышу. И если ты пытаешься мне сообщить что-то типа «передумала, обстоятельства, давай останемся друзьями», то имей в виду — ничего у тебя не выйдет. Все, пришли. Тп-р-р-р.
Он сказал это так, как будто она была лошадь. Но почему-то прозвучало это не обидно, а, наоборот, весело. Лида даже рассмеялась и сказала вслух, что она — лошадь.
— Ты не лошадь.
— И я, — обрадовалась Лида. — Меня когда в детстве в зоопарк родители возили, то сестре нужно было к слону сразу бежать, а мне к жирафу.
— Слушай, не заговаривай мне зубы, а? — жалобно попросил Иван, вталкивая ее в квартиру и захлопывая дверь. — Если хочешь, я тебя в Питере отведу посмотреть на жирафа. Могу даже в Африку свозить. Только сейчас помоги мне немножко, ладно?
— Как помочь? — растерялась Лида, судорожно соображая, что ей надо делать.
— А так, что не мешай. — Иван скинул куртку, содрал с ног ботинки, прижал Лиду к стене прихожей и прильнул к ее губам со всей горячностью, на которую был способен.
Она уже забыла, какие на вкус его губы. Или не забыла, а просто не успела запомнить с того одного, такого недолгого раза. Сейчас она пила его поцелуй, как живую родниковую воду. Пила и не могла напиться, так это было вкусно.
Эта живая вода смывала все ее печали, страхи и горести.
"Ветер сбивал с ног, прерывал дыхание, заставляя дышать часто-часто, как собака на солнцепеке.
