Внутри орали, а я, взяв в руки еще одну гранату, швырнул ее к дверям дома. В этом месте стояла и канистра с остатками бензина, поэтому пламя занялось быстро. Дом мгновенно вспыхнул как свеча, а крики из дома стали настолько паническими, что меня даже передернуло. Выскочил на улицу всего один немец, самый хитрый, похоже. Его я и срезал из пулемета. Машинку эту я уже использовал, знаю, как с ней обращаться. Дом горел так хорошо, что я быстренько собрался, тем более люди начали выскакивать из домов, и рванул в ту сторону, где жили полицаи. Те попались мне по дороге, хорошо хоть разглядел их. До бандитов было метров двадцать, я просто упал на колено и начал стрелять. Сломанными куклами попадали в дорожную пыль убитые, кто успел залечь, получил пулю чуть позже. Закончил быстро и обвел глазами округу. Черт, жаль, что я один, можно было бы хорошенько прибарахлиться у фрицев в доме, но, видно, не судьба.
Народу уже было много. Я к этому времени снял и выкинул полицейскую шинель, в гимнастерке прохладно, моя-то шинелька на окраине осталась. Осмотрев тела полицаев и игнорируя все вопросы местных жителей, я просто шел мимо, направляясь к тому дому, где квартировали полицаи. Откуда прозвучал выстрел, я сначала даже не сообразил. Двойка мне! Что-то просвистело рядом и ударило в землю. Я мгновенно упал на дорогу и направил пулемет в сторону, которую посчитал опасной. Метрах в пятидесяти стоял высокий, немолодой мужчина с охотничьим ружьем в руках. Стволы были переломлены, мужик явно заряжал новые патроны.
– Брось оружие, что ты делаешь?
Мужик явно делал то, что считал нужным. Он уже привел оружие в боеготовность и вскинул его к плечу, когда я выстрелил. Короткая, патронов на пять, очередь, отшвырнула любителя охоты на людей в сторону. Народ на улице отхлынул, голоса смолкли. Я ждал чего угодно, но не последовавшей за этим реакции. Думал, что мне сейчас убегать придется, что местные тут целиком за нацистов… Первой оттаяла одна женщина. Сделав несколько шагов к мужику с ружьем, она смачно плюнула на его мертвое тело. За ней, как по команде, многие поспешили это повторить. Кто-то просто матерился, причем из того, что разобрал, было:
– Сдох гад, как собака!
Ну и прочие любезности. Ко мне не решались подойти, я ведь все еще лежал за пулеметом, как-то не торопясь вставать. Наконец, один мужичок набрался смелости и вышел вперед.
– Здрав будь, добрый человек, – мужик даже чуть поклонился, – кто ж ты будешь? Наш или тоже, как эти? – мужик кивнул на убитого охотника.