Надзиратели эсэсошных собак извивались в тесном пространстве между колоннами, их лица напряженно сосредоточены на песчаной массе, катящейся к строительной площадке. Вокруг — пустынный остров Ургедон, заброшенный и мрачный, где ни единого живого существа. Этот роман оставляет вас в полном изумлении и ужасе, как маленький отряд выживает на грани вырождения в безымянной северной Германии....
А вот дойти до деревни, а это восемьдесят километров, не знаю. Шансов, сами понимаете, маловато. Но приказ есть приказ, будем работать.
Платов как-то странно взглянул на Шелестова:
– Ты, майор, не смотрел вот это.
Он пододвинул к нему еще один лист.
Командир группы воскликнул:
– Да что там, в Управлении, все с ума посходили? Нам предстоит еще и вывести из строя специальным средством боевую часть одного снаряда и забрать с собой боевую часть другого?
– Вот именно, Максим. А в Управлении с ума никто не сошел.
– И кто отдал такой приказ?
– Я! – внезапно раздалось от двери.
Все дружно вскочили с мест. В кабинет вошел нарком внутренних дел, Генеральный комиссар госбезопасности Лаврентий Павлович Берия.
– Я отдал такой приказ, товарищ Шелестов. Вас что-то не устраивает?
– Извините, товарищ Генеральный комиссар, но задача по операции «Щит» силами одной группы практически невыполнима.
Берия спокойно прошел к столу. Платов уступил ему место, Генеральный комиссар присел на стул, снял пенсне, тщательно протер его носовым платком.
– Почему, товарищ Шелестов, вы ни во что не ставите героизм немецких коммунистов?
Максим опешил:
– О них не было речи.
– Это боевая группа товарища Пауля – десять антифашистов, ведущих постоянную борьбу с нацистами. А также те, кто не входит в группу, но состоит в подпольной организации. В конце концов, это товарищ Шамов, ежедневно рискующий жизнью, вместе со своей радисткой товарищем Ильзой.
– Извините, товарищ Генеральный комиссар, я действительно поспешил с выводами, – осекся Максим.
Берия неожиданно улыбнулся:
– Не надо оправдываться, майор! Вы поторопились, но – имея на то основания.
– Есть, товарищ Генеральный комиссар. Приказ Родины будет выполнен любой ценой.
– А вот любой ценой не надо. Ваши жизни Родине еще очень нужны.
