Темнота сгущается, словно рука небес скрывает последний луч света. Только здесь и сейчас ветер срывает с порога обрывки одежды - последнее свидетельство жителей. В глубине дома всё тихо как мертвец, лишь разбитые стекла да кусочки краски на полу доказывают присутствие чужой жизни....
— Но разве они преступные? У нас ведь и президент демократ…
— У людей, служащих этой стране, иных планов не может быть! Демократ? А где, спрошу я вас, видные деятели демократического общества? Отчего они не рядом с ним?
— Но… мы же ни с кем не воюем, слава богу! И не собираемся! Вон, даже министр обороны сказал…
— И вы ему верите? Да ни один честный человек в это правительство не попал! Жулики, воры и вруны! Где вы видели их заботу о народе? А наши соседи, столь много претерпевшие от кровавого режима? Доколе мы будем пугалом в их глазах?
— Позвольте, Калерия Ильинична, мы же покаялись перед ними!
— Откупились, хотите вы сказать? Никакими деньгами не измерить и не искупить тот вред, что нанесли мы их культуре, народу и обществу! А вы помогаете возрождать имперскую военную мощь! Чтобы они и впредь продолжали давить все признаки свободомыслия! Вспомните Чечню! А прочие республики, удерживаемые около Москвы только силой оружия?
— Как же так… наш президент ведь принят на Западе? Ему там руку жмут!
— Как вожаку уличной банды! С ним не хотят ссориться — это так.
— Но что я могу?
— Берите пример со своей девушки! Она не так давно у нас, но уже сделала очень многое для окончательного торжества демократии в этой забытой богом стране! Боритесь и вы!
— Я подумаю… — опустил голову Масленников.
— То-то же! — назидательно подняла палец правозащитница. — Ладно, отпускаю вас к Наташе, она, бедная, уже заждалась вас…
Когда за Игорем закрылась дверь, Старосадская повернулась к Вейде, который всё это время, молча просидел в уголке, не вмешиваясь в беседу.
— Арвид, зачем вы притащили сюда этого мальчишку? У него же просто голову снесло из-за буйства гормонов! Говорит со мною, а сам только и мечтает залезть под юбку своей девчонке!
— Не скажите, любезная Калерия Ильинична… не скажите… помните у вашего поэта сказано… э-э-э… вот! Навозну кучу разгребая, петух нашел жемчужное зерно! Так и мы, роясь в куче этих прыщавых юнцов и недалеких людей, порою открываем нечто, весьма серьёзное и значимое.
— Мне рассказал!
— Ну да, конечно же! Конечно, вам! Так вот, это может весьма заинтересовать очень и очень многих влиятельных людей… Так что, любезная Калерия Ильинична, пусть он лезет, куда хочет. Я ему даже свечку подержу…
Под ногами захлюпало, и генерал Хазин еле успел выдернуть из вязкой глины сапог.
