Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Выжженая земля. Тетралогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хотя сопровождающие его люди и встают при появлении этого дядьки, однако же помогать никто не спешит.
Так... Надо понимать, по мою душу гость. За машину ему обидно стало, вот на разборку и прикатил.
Ну что ж... поговорим.
Дядька тем временем уже ступил на землю и не торопясь направляется в мою сторону. Нехорошо быть невежливым, тем паче это у меня перед ним «косяк», а не наоборот. Делаю несколько шагов ему навстречу.
– Господин Рыжов? – осведомляется хриплым басом бородач.
– Товарищ. Не прижилось, знаете ли, в наших краях это новорусское обращение.
– Ха! Так и я далеко не новый русский! Скорее уж – старый!
– Ну... лет вам не так уж и...
– Я не про года говорю! Позвольте представиться – Калин Сергей Германович. Пенсионер!
– Охренеть, какая у вас пенсия! Поди, персональная?
– Лучше! Заработанная! Я, уважаемый, строитель! Дома строил. Правильные, ежели вы это понимаете. Оттого и с нынешней властью плохо уживаюсь. Не умею, знаете ли, халтуру и ширпотреб гнать! Дом должен крепким быть! Таким, чтобы не стыдно было туда гостей пригласить.
– Так... не видал я тут ваших домов.
– Их тут и нет. В Москве дома мои... были, надо полагать, – погрустнел бородач.
– А здесь вы...
– Живу я тут. В тайге дом поставил, люди у меня там живут. Опять же – мастера мои. Да с семьями, хочу заметить!
– Я смотрю, они у вас с оружием ходят? По нынешним временам – оно и правильно, да вот, кажется мне, что и раньше его не очень уж скрывали.
– Заметили? Опыт не пропьешь... Так оно и есть. Всегда с ним ходили. И не только с пистолетами.
– А конфликтов с местной властью не было? С той же полицией?
– Ха! – снова смеется Калин. – Видал я их всех! Особливо городскую «власть». Жополизы и подхалимы! И это я еще ласково их называю! За те деньги, что им от меня перепадали, они бы мне не то что пистолеты – танк бы разрешили иметь!
– А что – нужен?
– А что – есть?
Мы оба переглядываемся и смеемся. Нормальный мужик, с ним говорить можно.
– Чего уж мы тут стоим? – спрашиваю у него. – У вас разговор есть, так и пойдемте ко мне.
– Чаем угостите?
– Можно. И не только чаем.
– Э-э-э, нет! С моей-то комплекцией? Завязал я с этим делом! Петр! – гаркает он во все горло. – Корзинку дай!
Молодой парень притаскивает ему небольшой берестяной туесок.
– Тут у меня мед. Собственный, со своей пасеки. Варенье еще есть, женщины наши это дело любят. К чаю – самое то.
– Годится! Со своей стороны могу только консервами угостить. За всем прочим специально ехать надо будет."
"– Куда ж мне еще-то жрать? И так хожу с трудом. Чай, только чай!
– Ну, как знаете.
Возвращаюсь назад. Такими темпами я сегодня домой не скоро попаду. А с другой стороны – что там делать-то? Разве что поесть...
Войдя в кабинет, Калин с сомнением осматривает стул и, покачав головой, присаживается. Стул скрипнул, но выдержал.
