Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Выжженая земля. Тетралогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Е-мое, как же это я так лопухнулся-то?! Об этом сразу спрашивать надо было! Взмахом руки посылаю всех следом за ним…
— Они сутками не спали — завалы растаскивали, транспорт искали. Полгорода перевернули, все продовольствие какое-нибудь найти пытались, — торопливо прихлебывая горячее какао, рассказывает мне невысокий дядька. Это врач — Семен Маркович Гершев. Стоматолог, но в данном случае — обычный терапевт. На все руки мастер. В колонне их двое, и еще несколько человек остались в полуразрушенном городе. Съев буквально пару ложек горячего супа, капитан отрубился полностью. Будить его я запретил — пусть отдохнет. Как оказалось, в почти аналогичном состоянии находились и другие офицеры. Да и солдаты от них не отставали. Боевая ценность их сейчас ненамного отличалась от нуля. Поэтому в охранение заступили мои бойцы. Даже командовать не пришлось, все прекрасно видели встреченных нами военных и то, насколько они измотаны.
А у кухни творилось столпотворение…
Прапорщик со своей командой только что с ног не валились! Того, что мы приготовили с утра, еле хватило только на то, чтобы накормить детей и самых оголодавших взрослых. Большинство из них почти тут же сморил сон — народ, в прямом смысле слова, попадал там, где стоял. Прямо-таки сонное царство! Даже до автобусов не все добрели. Вот тут я и обратил внимание на парочку взрослых, которые по мере сил старались помогать таким вот отрубившимся товарищам. Отправив им на смену нашего фельдшера (как в воду глядел — они тоже оказались медиками), притащил их к своей машине и почти силком усадил поесть. Пока еще Неклюдов приготовит вторую порцию обеда…
— Так что же — в городе настолько все плохо?
— Нет его. Больше половины разрушено. Основной удар нацеливали, надо думать, на локатор. Но, когда большую часть ракет посбивали, ударили и по ракетчикам. Там теперь ничего нет… А ведь это — совсем рядом. Краем зацепило и город. Не очень сильно, но много ли нужно нашим домикам? Были пожары, много строений отстоять не удалось, — врач снова отпивает горячий напиток. Не может оторваться, греет руки об кружку. Странно, на улице вполне тепло…
— Много народу пострадало?
— Много… очень много.
Представляю себе, что значит это слово для небольшого города…
— Больные?
— Есть раненые, облучившиеся, обгоревшие… всякие есть. С медикаментами… плохо совсем. Военные отдали все, что у них было. Все лекарства, продовольствие… но его и так-то оставалось совсем ничего. Никто же не рассчитывал, что им придется еще и городских жителей кормить.
— А раненые где?
— Там, в колонне, санитарный автобус. В нем те, кого можно перевозить. Не волнуйтесь! — вскидывается Семен Маркович, увидев мое движение.
