Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Выжженая земля. Тетралогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпическая тетралогия о противостоянии добра и зла на фоне разрушенного мира. Герои борются за выживание и справедливость среди пепла и руин, где каждый выбор определяет судьбу человечества. История о мужестве, предательстве и надежде в самые темные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Приезжал пару раз на встречу, мы здешних боссов туда провожали.
— Ну, так вот…
Когда Еж закончил свой рассказ, в казарме воцарилась тишина. Никто не спешил высказывать своего мнения.
— Г-х-м-м… — прокашлялся наконец Макс. — Ну а с Медведем ты как пересекся? Он, как я теперь понимаю, с той стороны был?
— Под Гадалку нас подставили, — нехотя признался снайпер. — Тут уж кто кого. Либо она нас валит — и тогда со всеми нашими кровь. Либо мы ее — и тогда рудненские нас на ленточки нарежут. А Михалыч-то, он с ней заодно оказался. Вот и обошлось…
— Так и она ныне здесь? — поинтересовался кто-то из окружающих.
— Здесь, — кивнул Еж. — Где-то в лесу залегла…
— Не одна, как я догадываюсь? — приподнял бровь Тягач.
— Правильно догадываешься, — покивал Медведь. — Только вот нам кровь лить — нужды нет. Свои же все…
— Ну, это еще бабушка… — начал кто-то из бойцов.
— Бабушка?! — резко развернулся к нему старый спец. — А у нас в тылу целый батальон немцев стоит — их спецназ. Выбросили их с самолетов, а они воевать с нами не шибко рвутся. Домой хотят, просят пропустить. Командир их в Рудный приехал, договариваться об отходе. Как думаешь, если им путь домой через это место проложить, они долго размышлять будут? Их, почитай, чуток поменее восьмисот рыл! Да и не лохи там, видел я тех парней… Захоти мы воевать, просто в сторону бы отошли — и хорош! И руки чистые — не мы вас положили-то. Или артиллерию подтянули бы — у коменданта Рудного танковый полк, без малого! Охота попробовать? Кулаки чешутся?
— Короче! — рявкнул Макс. — Отставили базар! Что ты от нас хочешь, дед?
— Уходите отсюда, мешать не станем. Крови меж нами нет. Кто хочет, может к нам, примем. А ежели нет, то задерживать не будем, идите на все четыре стороны.
— А с этими что? — кивнул Тягач в сторону домов с шезлонгами.
— Здесь все и останутся. Любой ценой. Не должна подобная погань небо коптить. Их отпусти — завтра опять что-нибудь бабахнет…
— У них и своя охрана есть… — заметил здоровяк. — Помимо нас, мы-то больше как армия, против внешней угрозы… а там… там всякие люди попадаются. Вон, кровник твой как раз оттуда и пришел. Предписано нам друг к другу вежливо относиться, да не собачиться — иначе вплоть до расстрела. Дабы внутренних конфликтов не было. Хотя не всегда, руку на сердце положа, у нас это получается. Здесь-то все больше народ служивый да воевавший не по одному году. А вот там — слишком уж своеобразные парни подобрались. Лично боссам преданные — этого не отнять. А вот насчет правильности некоторых из них у нас тут крупные сомнения имеются. Да и тот факт, что они все выходы отсюда караулят, нам тоже как-то не сильно по душе.
