Автор
Взаперти с заключенным — драматический ужас в жестоком загадочном пристанище. Здесь тесно и холодно, где-то под потолком звучит мелодия брата, пытаясь найти работу. А на стенах темные углы скрывают непонятные тени, дышащие прикосновением смерти.
Но вот кто-то сдергивает с меня бюстгальтер, и мою грудь сжимают шершавые ладони, и тогда меня прорывает:
– Ко-о-о-озырь! Деми-и-и-ид! – кричу изо всех сил. – Демид! Я согласна! Я согласна! – не понимаю, откуда берутся эти нечеловеческие звуки.
Но они разрывают пространство и перекрывают весь этот гвалт."
"Меня трогают, дергают за пояс брюк, треплют, как тряпичную куклу.
– Де-е-еми-ид! – кричу что есть мочи, осознавая простой факт: я сделаю что угодно, лишь бы избежать того, что должно последовать далее.
Вместе с криком прорывается запечатанный до этого мгновения страх.
Но внезапно все прекращается. Меня подхватывают на руки, и я снова висну на плече. В нос ударяет знакомый запах.
– Блядь! – слышу чье-то ругательство.
– Это что за на хуй?
Но меня это уже не тревожит. Мы покидаем помещение, и слезы градом стекают из глаз, капая на пол.
– Теперь ты не сможешь дать заднюю, – хрипло говорит Монстр, удаляясь от оголодавших зэков.
И я понимаю, что сама дала согласие на все, что задумал Монстр. Но лучше с ним одним, чем быть отданной на растерзание толпе. Лучше ведь?
– Пощады не будет, – отвечает он на мой мысленный вопрос.
А мне остается молиться, чтобы хватило сил выстоять. Если не ради себя, то ради брата…
Глава 5
– Почему охрана закрывает глаза на этот беспредел? – спрашиваю, когда истерика затихает и я не слышу ничего иного, кроме гулких шагов Монстра, отдающихся от стен коридора.
– Им плевать на тебя и не плевать на бабки, – отзывается он негромко.
– Значит, мне не выйти отсюда?.. – похоже, что я больше не увижу привычной жизни.
Демид не отвечает. Останавливается возле камеры, открывая дверь, и проходит внутрь.
Слышу, как снаружи защелкивается замок, и только после этого Козырев снова скидывает меня на пол. Точно так же, как сделал это в тренажерном зале. Я снова морщусь от боли. Но он не реагирует на меня.
Я отползаю к стене, прижимаясь спиной к холодному бетону, и только после этого осматриваюсь по сторонам. Просторная комната, с диваном, плазменным телевизором, обеденным столом, широкой кроватью и отдельным санузлом.
Признаться, я не ожидала увидеть подобное.
– Это что, твоя камера? – понимаю, что человек, убивавший людей за деньги, живет за решеткой ничуть не хуже, чем на воле, а возможно, даже лучше.
