– И я думаю, что мы обсудим все это как цивилизованные люди. Я бы хотел выслушать Марию.
– Да, несомненно. Вы прочтете ее показания, как только она их даст. А пока буду говорить я.
У Кена глаза полезли на лоб. Барни просто уставился на Джилл.
– Вы понимаете, что не можете говорить от имени Марии, потому что вы – заинтересованное лицо?
– Я здесь как ее друг.
– Вряд ли есть какая-то разница.
– Тогда давайте сформулируем иначе: мы с Марией решили уволиться. Мы не собирались сообщать об этом сегодня, но, поскольку Мария, помимо всего прочего, сможет потребовать компенсацию, я подумала, что откладывать незачем.
В этот момент даже Барни утратил дар речи. Он перевел взгляд с Джилл на Марию, потом снова посмотрел на Джилл.
– Ты сказала, что вы обе увольняетесь?
– И где вы будете работать?
– Не важно. Сейчас мы говорим об иске, который Мария намерена подать. Мы все знаем, что обвинения, выдвинутые Линн и другими, очень серьезны. Вы представляете, насколько усугубится ситуация, если Мария скажет свое слово?
– Но я ничего такого не делал! – выдавил Кен.
Барни гневно уставился на него.
– Вы думаете, кто-нибудь этому поверит? После того как в суде выступят остальные? Но, конечно, дело не зайдет так далеко. Проблема уже почти улажена. Всем присутствующим здесь известно, что вы намерены мирно все уладить. Но лично я не уверена, что Мария пойдет на это. Она была очень расстроена, когда говорила со мной. Хотя я и не вправе ей советовать, но все-таки подозреваю, что она может предпочесть иной вариант и пойти до конца…
Барни оправил пиджак.
– Я так понимаю, вы пришли не только для того, чтобы заблаговременно предупредить о подаче иска и об увольнении. Вероятно, вы пришли, потому что хотите решить этот вопрос.
– Почему вы так думаете?
– А что вы выиграете, сообщив нам заранее, что вы намерены подать в суд?
– Может быть, я все еще храню каплю верности вашей фирме.
– Ну или я хочу, чтобы Кен знал, что он не только погубит фирму и разорится сам, но, скорее всего, ему придется продать свою машину до того, как Мария доведет дело до конца.
Кен тихо застонал. Барни не обращал на него внимания.
– И как мы можем решить эту проблему?
– Для начала Марии нужен шестинедельный отпуск.
– Для чего ей шестинедельный отпуск, если она увольняется?
– Потому что она так хочет. Потому что Кен придурок. Потому что вчера она увидела радугу в саду. Потому что Мария работала на вас ночами и по выходным, без единого свободного дня, с тех пор как пришла в вашу фирму.