Интенсивный роман об убийстве под видом операции по извлечению живого заложника, где любовь и жестокость находят необычное перекличество в тихоокеанском кризисном городе. Мрачная атмосфера борьбы за выживание скрывает сладкие устремления супермена-полицейского, который готов на все, чтобы спасти чужую жизнь....
Похоже, «Взять живым мёртвого» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Не пущу! Это их дело, внутреннее, германское, а нам в европейские разборки лезть не следует. Что ещё боярская дума скажет на такое самоуправство?!
Я обернулся к Мите и Яге. Оба стояли у печи, такие же бледные и явно поддерживающие сторону дьяка. Наверное, мне также стоило бы прислушаться к голосу разума, но в этот момент из-за двери раздался предсмертный крик первого немецкого солдата, на которого напал человековолк.
– Митя, за топор! Бабуля, – лук и стрелы! Я беру на себя общее руководство! Гражданин Груздев, не путаться под ногами! Опергруппа, за мной!
То, что было потом, стоило бы отнести к самым безумным деяниям Лукошкинского отделения милиции.
Не менее двух десятков мохнатых монстров с горящими глазами рвали трупы несчастных. При виде нас они, словно по команде, повернули испачканные кровью морды. Дружный вой взлетел над ночным городом, и на помост, где ещё недавно собирались предать неправедной казни нашего дьяка Фильку, неторопливо взошёл молодой человек в богатой одежде.
– Пришлось сменить костюм, мой успел выйти из моды, – на очень хорошем русском заговорил принц Йохан.
У меня на минуточку сложилось впечатление, что здесь, в Германии, все злодеи прекрасно владеют кучей иностранных языков. Может, у них просто школьное образование лучше? Даже завидно стало немножко.
– Я знал, что рано или поздно кто-то освободит меня, мои братья делали всё, приближая этот час.
Бабка вспыхнула румянцем, как маков цвет, Митя набычился и уже пошёл было мстить, но я сумел удержать обоих. Если преступник начал говорить, надо дать ему высказаться. В конце концов, он столько лет молчал в гробу, поимейте сострадание.
– Как получилось, что вы, потомок королевского рода, ступили на скользкую тропу преступности?"
"– О, это очень долгая и неромантичная история, – с некоторым раздражением поморщился принц, жестом удерживая свою зубастую свиту.
