Лидия Атаманова — сильная и независимая женщина, мастер боевых искусств и судебный пристав. Но в личной жизни она мечтает о нежности и заботе, надеясь найти партнёра, который подарит ей настоящую любовь. Судьба готовит ей встречу, которая перевернёт её жизнь и заставит пересмотреть...
Попыталась уйти, но Сергей положил ладонь на затылок, фиксируя, а второй рукой обхватил за талию, уверенно, даже грубо чеканя:
— Если получится, что забеременеешь, то я… не откажусь от своего ребенка.
«Чего? И я должна прыгать от счастья от такого щедрого предложения?! Может, еще благодарность ему в виде минета оперативненько организовать, чтобы прочувствовал, как я рада?!»
Пораженно уставилась на мужчину, вот совсем не понимая его, а потом выдохнула:
— Дети рождаются в любви, а не когда забыли предохраниться.
— Я сказал тебе свое слово, — выдал Львов, тут же меняясь в лице, думая о своем, явно нехорошем, отчего его рука оказалась на моем подбородке, сжимая его. Еле сдержала порыв вцепиться в аналогичном захвате. Или еще что… придумать. — Хотя, такая, как ты, очевидно, предпочтет уничтожить чужую жизнь, — мужчина сильнее сжал подбородок, на что резко дернулась, скидывая ее. — Работа, спорт, красота… личные эгоистичные желания, сконцентрированные лишь на своей персоне.
Злобно посмотрела на него, чувствуя, как в груди все кипит от жестоких слов. Это же надо — какой тонко чувствующий мужчина! Дальнозоркий и ясновидящий. Сглотнула, чувствуя, что неимоверно хочется пить воды, так как в горле было сухо, а потом выдала:
— Знаешь, Сергей, что я тебе скажу?! Мне, вот такой безжалостной эгоистичной хитрой женщине, не нужны твои одолжения, и, естественно, обойдусь без твоего мнения. Считаешь, что я сука?! Отлично! Дверь там. Можешь убрать свои конечности от моего лица и тела, и гулять подальше от этого дома. Уж сделай милость… себе в первую очередь. Приятно было увидеться. Тебе желательно забыть сюда дорогу.
Пока говорила, держала себя, чувствуя, что обида окончательно сжирала меня. Обычно мне, действительно, плевать, а сейчас вот нет, и все слова я заставляла себя говорить, чтобы уж соответствовать его мнению. Конечно, я не соответствую идеалу нормальной женщины, но вот не до такой степени мразь, как он тут излагается.
Сережа смотрел на меня, сильнее сжимая, а потом резко отпустил, в одно мгновение удивляясь своему поведению, не ожидая такого от себя, между прочим, сообщая:
— Лид, я не хотел тебя обидеть и доставить проблем.
Не хотел… Когда не хотят, то не обижают, а Сергей считал, что на меня можно вылить всю грязь, вроде как сильная — мне нормально. Противно то, что вот больно такую мерзость слышать. И, наверное, нужно отправлять его. Просветилась на свой счет я сегодня нормально.
— Ну что ты… обижаются хорошие девочки, а стервам плевать.
