Новый год в Новосибирске: свингеры встречаются за столиком, подразумевая совместную славу. Лида-а-а предлагает мужчины-новогодние хитрители создать с ней братскую семью — всем будет завидно. Взоры парней, пьяных от трех рюмок водки и одолжений, удивляются утонченности Лида....
— Ты где-то мужика видишь? Я не заметила, — невинно поинтересовалась, приготавливаясь к бою. Нужно не забыть учесть, что эти мужики любят с ножами играть.
Только он сделал шаг, как тут же отступил, смотря позади меня. Не понимая, в чем проблема, повернулась и увидела Львова. Злого, даже бешеного. Он шел к нам, сжимая руки в кулаки. Одарив Воронцова почти убийственным взглядом, Сергей перевел взгляд на обидчиков.
«Черт… вот сейчас он совсем не походил на интеллигентного адвоката. Даже рядом не стоял».
Увидев Львова, парни стали отступать к машине. Высокий блондин посмотрел на длинноволосого брюнета, похожего на заросшего аборигена, и пробурчал:
— Косой, поехали отсюда. Сучек в другом месте найдем. Не проблема.
Услышав о себе столь лестные слова, девушки скривились, и, посмотрев друг на друга, пошли в сторону театра, никак не комментируя слова, видимо, не желая связываться с мужчинами, с которыми совсем недавно готовы были уехать.
— Да кто они такие?! — гневно процедил бородач, сжимая руки в кулаки, желая кинуться в бой.
Услышав его слова, Сергей пошел вперед, а Воронцов назад, на что блондин выставил руки, и выдал:
— Э-э-э, успокойся, мужик. Мы просто с ней поговорили."
"Даже забавно было наблюдать страх в его глазах, а еще интереснее просто стоять и смотреть, как меня защищают. Непривычно и довольно странно, но уже привыкаю.
— Да что ты оправдываешься? По морде дадим и сами уползут, — нагло заявил волосатый с самым самодовольным видом, постоянно дергая челюстью в разные стороны, как будто жевал жвачку.
Окинула его презрительным взглядом, вспоминая, что именно это чучело «помогло» мне с гипсом, и появилась мысль, что все же он заслуживает профилактики за некорректное поведение и грубые слова в мой адрес. И, что таить, я только об этом и думала, надеясь, что Львов не помешает. Заметив, что бородач сжимает что-то в кармане, решила, что там нож.
— Мой батя больше не будет платить ни ей, никому, — с обвинением рявкнул блондин в спину волосатому мужчине.
«Стоять. Кому это ей? Да и о чем речь?! Мне поганые деньги от этих мразей не нужны. Главное, чтобы они сидели где-нибудь в камере с такими же насильниками, и не вякали. Невероятно. Почему их отпустили и на каком основании?! Уверена, Львов в курсе, но ничего не сказал».
«И все же, что значит: не будет платить ей?!»
— А придется, — грубо отчеканил Сергей, нечеловеческий взором сканируя моих обидчиков.
