– Альфредыч, да что случилось-то? – проблеяла я, с интересом наблюдая, как разъяренный кабан возле двери своего кабинета превращается в сахарный пончик.
– Сейчас увидишь, – хмыкнул этот гад, толкнув дверь. – Заходи.
Он был там. Сидел в кресле моего начальника и улыбался. Как клоун. От уха до уха. Я дернулась было к двери, но почувствовала движение за спиной. Оглянулась и увидела, как два амбала, смыкаются плечом к плечу, словно дверцы лифта.
– Шкафы громче падают, – вздохнула я обреченно, понимая, что Лизка уже заняла пост возле коммутатора. Скоро явится Варькина. И страшно подумать, что будет. А поганец Альфредыч, и нашим и вашим. Сдать, что ли, его?
– Вон пошли, – спокойно сказал Холод, походкой гепарда подходя ко мне.
– Это вообще-то мой кабинет, – вякнул Крюгер, но противиться харизме богатейшего человека страны у него оказалась тонка кишка. А точнее противиться амбалу, который легко подцепил начальничка за шкирку и поволок к выходу.
– Альфредыч, миленький, не уходи, – проныла я в пустоту. Нет. Я проныла это в грудь опасности, стоящей от меня слишком близко.
– Ты помнишь, что я тебе вчера обещал? – прошептал чертов мерзавец, опалив дыханьем мое подбитое, распухшее ухо.
Близко. Близко. Слишком. Чересчур. И я смотрюсь в два «осколка неба», совсем не думая о том, что ее тело неидеально и мордашка слишком простенькая, и не моего она уровня. И кажется проваливаюсь куда-то туда, где мне не место. А маленькие ноздри ее раздуваются, словно у злого зайки, и мне уже не хочется сожрать ее сердце. Я хочу им владеть. Чертова кукла, наглая и вкусная.
– У вас в штанах что-то вибрирует, – вякнула эта малявка мне в грудь, туда где у меня танцевало огненную самбу сердце. Я только сейчас заметил, что вжал ее в угол стола хорошенькой круглой попкой. И морщится девка от боли, а не от того, что ненавидит меня. Хотя, тут скорее всего комбо.
– Ты слишком много фантазируешь, – ухмыльнулся, чуть отступая назад. – Твоя ведьминская кошка сделала меня инвалидом.
– Чертов идиот, думающий не мозгом. Это телефон наверное, – прорычала сдобная крошка, и я почувствовал себя абсолютным, бесповоротным кретином из быдлячей подворотни.
– А ты чем думала, когда полезла ко мне? Ты, глупая бройлерная курица, начисто лишенная чувства самосохранения, – зашипел я, стараясь не вдыхать чертову тучу феромонов повисшую в воздухе удушливым облаком. Гребаная девка действует на меня, как мелкий вирус. Странно. Я никогда не любил баб размера дирижабля.
– Я думала, что ты подонок.
