И не очень ошиблась. – нагло вякнуло это недоразумение и облизала языком пересохшие губки. Надо наверное спасаться бегством. Сегодня же свалю домой. Туда, где нет этого тусклого города, толстой лягушонки и проблем. Вот только отберу у поганки компромат, и сразу в аэропорт. Черт с ними с оставшимися встречами и электоратом. Я просто хочу домой, как маленький мальчик, потому что мне жутко страшно. – Но, если честно, я просто выполняла журналистское задание. И оно мне было неприятно. И ответь уже на чертов звонок. Я больше не могу слышать это мерзкое жужжание.
Я подчинился. Достал из кармана мобильник и бездумно нажал на кнопку, не в силах отвести глаз от припухшей губки чертовой «пышки». Эх. Залить бы ее сиропом, сверху присыпать сахарной пудрой и…
– Дорогой, ты где? Я приехала, а тебя нету. А между прочим я полтора часа тряслась в идиотском бизнес-классе, и мерзкие стюардессы бесили меня до одури, – впился мне в ухо противный голос невестушки. Так, стоп, какого черта? Это что еще за новости? – И проклятая администраторша не пускает меня в твой номер. Прикажи уволить дуру.
– Нели, я немного занят сейчас, – прохрипел я, стараясь не смотреть на Зину, на лице которой расцвела издевательская улыбка. – На хрен ты вообще приперлась?
– Соскучилась, котик. И Мишка звонил, сказал, что я тебе нужна, – проныла невестушка. Чертов придурок, позвонил конченной идиотке. Какого лешего все лезут в мою жизнь? Уволю чертова сводника, сошлю в дальний филиал, будет там за оленями говна грести. – Так что мне делать?
– Жди, я скоро буду, – рявкнул в трубку и перевел взгляд на толстуху, нагло шагающую в сторону двери, за которой послышалась странная возня. Да нет, не может быть. Мои ребята неубиваемые, терминаторы, блин. А за спиной чокнутой мартышки никого нет, кроме боевой кошки и двух сумасшедших щуплых подружек.
– А вы, оказывается, каблук, – сморщила нос нахалка. У меня зашумело в ушах. Кровь из головы устремилась туда, чем по мнению этой гребаной мерзавки я думаю. Эта ее мимика совсем меня выбила из седла.
– Детка, отдай мне материалы, и я тебя отпущу с богом. Даже, знаешь. Я тебе дам денег, – мой стон звучал жалко. И она это почувствовала. Поняла, что я плыву, как щенок по канализации.
– Да я не знаю куда дела чертову флешку. Я же говорила, – открыто улыбнулась Зинаида, с тревогой поглядывая на дверь, за которой что-то с грохотом упало, и как показалось, тихонько взорвалось. – Слушайте, я правду сказала. Я потеряла проклятый носитель. Точнее, спрятала и забыла где.