Воспоминания петербургского писателя и моряка о морских рейсах и плаваниях по российским водам и далеким странам. В лиричном повествовании — размышления о прошлом и настоящем, трагическом и смешном, будничном и героическом в жизни человека моря.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «За доброй надеждой»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Воспоминания петербургского писателя и моряка о морских рейсах и плаваниях по российским водам и далеким странам. В лиричном повествовании — размышления о прошлом и настоящем, трагическом и смешном, будничном и героическом в жизни человека моря.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Воспоминания петербургского писателя и моряка о морских рейсах и плаваниях по российским водам и далеким странам. В лиричном повествовании — размышления о прошлом и настоящем, трагическом и смешном, будничном и героическом в жизни человека моря.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
По уставу врача замещает старший помощник капитана. Старпом пошел на берег в гальюн. Капитан у консула...
Паренек лежит белый, мягкий весь, испачкан в краске и соляре. Сотрясение мозга, шок, перелом позвоночника?.. Что годится во всех случаях?.. Кажется: больше воздуха, не переохлаждать, нашатырь...
— Вот ты бегом на берег! Там старпом в гальюне. Найдешь, скажешь, чтобы звонил в «скорую помощь», вызывал машину госпитальную...
— Есть!
Старпом опытный морячина, он и телефон найдет, и позвонить сумеет. В каждой стране, каждом городе патентованное устройство у телефонов-автоматов, своя система номеров, свои цены, размер монетки. Жуткое дело звонить по телефону в незнакомом порту. Скорее на тот свет дозвонишься.
Механик вспоминает, что теплоход «Сретенск» на пути из Южной Америки попал в аварию, сейчас стоит в соседнем доке, судно большое, современное, врач там обязательно есть.
Наш самый резвый моторист отправляется на «Сретенск». Бежать вокруг доков надо километров пять. Трубу «Сретенска» видно рядом, а добежать к нему — час.
Решаем пострадавшего вынести в каюту. Выносим на одеялах.
Он все без сознания. Плохо дело. Ран не видно. Жирный паренек, упитанный, круглорожий. Наблюдателей и советчиков — куча. Кто-то успокаивает:
— Он на задницу приземлился. Я сам видел.
— Такая задница парашют заменит.
— Амортизация как у кенгуру...
— Лишние выйдите! — это я.
— Виктор Викторович, вас англичане требуют! — это уже вахтенный.
Грегори Пек, сияя улыбкой, сует мне в нос ведро, просит воды. Ведро их собственное, черное внутри почему-то. Работает пожарный насос, воды на палубе — залейся, а ему еще воды! Молотит языком по белым зубам."
"— Штиль! — ору я. — Тише!
Ему нужен кипяток, а не просто вода. Для чая. Работать толком не начали, а уже о чае заботятся.
Отправляю Грегори на камбуз. Прибегает боцман:
— Викторыч! Матросов заливает! Почему пожарный насос не остановили? Викторыч, я вас попрошу о таких вещах ставить меня в известность! Вода из шпигатов красить мешает за бортом...
Боцман у нас секретарь парторганизации — его далеко не пошлешь! Коротко объясняю про несчастный случай, под конец взрываюсь:
— Сам не можешь позвонить в машину, насос остановить?!
— Положено через вахтенного штурмана...
— Мало ли что положено!
Зовут к трапу. Примчался доктор со «Сретенска». Счастье какое, что он оказался на месте. Мог бы по Британскому музею разгуливать или кино на Пиккадилли смотреть. Записываю фамилию, засекаю время.
Возвращается чиф. Он дозвонился в госпиталь. Машина будет с минуты на минуту. Рекомендует не торопиться с заполнением вахтенного журнала.
Сирена на причале. Выкатывает шикарная машина. Полицейский на подножке. Узнав, что дело не касается подданных короны, исчезает.
