Автор
За окном электролинии и живописные ландшафты поезда: деревья, цветы и озеро вдали от дома. Ощущение чего-то важного и волнующего — встреча со старыми знакомыми после долгого пребывания. Радость встречи с родными и друзьями взмушекает как неведомое желание быстрее оказаться там, где сердце и душа ждут....
— Так глупо заглотили наживку, которую мы забросили, — смотрю на Машу с улыбкой.
Это она распространила по офису слух, что я нашёл утечку финансов в бюджете и ищу вора.
Ковалевская вдруг натягивает дерзкую улыбочку и скалится.
— Поймали? Да хер вам! Это твой папаша эту схему замутил, — наглеет.
— Ему она зачем? — опешил на секунду.
— Чтобы от благоверной своей шифроваться. Она же все денежные движения контролирует. И на личных счетах тоже. Бухгалтер, мать её! Вот он и придумал, как мне денежку за мои услуги платить, — ухмыльнулась.
— Какие услуги?
— Ой, я тебя умоляю! Глупый что ли? Не догадываешься? — игриво надула губы. — Спали мы с ним.
Разродилась дрянь признанием.
Кулаки чешутся вмазать ей по напудренной морде.
— Рома... — одергивает меня Маша.
Заметила, что я сейчас на взводе.
— Теперь понятно как ты должность получила.
— А это было нетрудно... Папочка твой обещал развестись. Жаль не успел...
— Так вот почему ты на Рому переключилась, — подошла Клинская и села в моё кресло.
— А ты мне как мужик понравился, — скользнула по мне взглядом, остановившись на ширинке брюк.
— Случайно... Но воспользовался моментом."
"— Так что я не причём. Все претензии к любимому папочке, — криво улыбнулась. — Ах, да... Ты этого не сделаешь. У него сердце...
— Ну, ты и сука!
— Спасибо за комплимент, — закусила губу и похлопала ресницами.
— Пиши заявление по собственному желанию.
— Да, пожалуйста, — съязвила. — Могу идти?
— Вали, чтобы я тебя больше не видел! — взрываюсь.
Ни капли, не боясь, уходит из кабинета. Она права, что я могу предъявить, если это отец всё придумал.
Чёрт! Как же сейчас резко разрушился мой идеальный мир. У меня ведь была маленькая надежда, что у отца с ней ничего не было. А теперь я знаю правду. Горькую правду...
Блядь, как же это невыносимо давит в груди!
— Рома, не нервничай, — подходит Маша и обнимает.
— Как-то не легче... Он маму обманывал...
— Надеюсь, он сейчас об этом жалеет. Ведь она круглосуточно рядом с ним, любит, заботится, — кладёт голову мне на грудь. — Яна бы не стала.
Прижимаюсь губами к Машиной макушке.
Клянусь, я никогда так с тобой не поступлю.
— Ром...
— Да?
— Ты помнишь, что у нас сегодня ужин с моей мамой?
О, да! Знакомство с будущей тёщей. Я не трус, но как-то очково. Вдруг не понравлюсь...
— Помню...
