Автор
В тексте есть: очень откровенно, властный герой, любовь и романтикаС переездом всегда связано множество волнующих событий. Но всё равно Давид никак не ожидал, что влюбится в свою соседку и прикипит душой к её сыну, почему-то так похожему на него. Не ожидал он и того, что у Бэллы окажется столько тайн. Которые поставят под угрозу их столь не вовремя проснувшиеся чувства…...
А ещё сегодня утром этого было незаметно.
— Вы повредили ногу?
— Старая рана.
Понятно. Он не хотел вдаваться в подробности. Которые ей тоже были совершенно не нужны, если уж разобраться. Бэлла мысленно отругала себя за вопрос. Подула в чашку, чтобы остудить чай, и пригубила. Напиток был потрясающе вкусным. Давид явно не экономил на заварке. Может быть, ту везли ему аж из самого Китая.
— Есть хочешь, или после салата до сих пор не до еды?
Пальцы застыли. Бэлла закусила щёку. Это что ж означало? Он хотел обсудить случившееся? Она определённо не была к этому готова.
— Нет. Не хочу. Кусок не лезет в горло. Как думаешь, приступ больше не повторится?
— Может, да, а может, и нет. В любом случае мы знаем, что делать.
— Ты знаешь. А я ничего не смогла. Даже просто взять себя в руки.
— Но я же рядом, — Гройсман пожал плечами как ни в чём не бывало. А у Бэллы дыхание перехватило от его слов. Таких на первый взгляд простых, но к ней как будто не относящихся. Чуждых. И, как оказалось, настолько трогательных, когда они обращены к тебе.
— На дворе почти ночь.
— И что? Оставайся, если тебя что-то беспокоит.
Её беспокоило. Очень. Но остаться она не могла. От одной только мысли о том, что ей придётся ночевать не дома, у Бэллы начиналась тахикардия. Она довольно буквально воспринимала выражение «мой дом — моя крепость». И за его пределами, пусть всего в двух шагах, Бэлла чувствовала себя ужасно уязвимой.
— Нет. Я не могу. Это неудобно.
— Ну, смотри сама. Я не настаиваю. Ни на чём."
"И снова их глаза встретились.
— А лекарства всё же надо купить. Я схожу в аптеку, — говоря это, Гройсман машинально растёр бедро. Любая другая на месте Бэллы не обратила бы на это никакого внимания, а она, та, чьё выживание однажды стало напрямую зависеть от таланта предугадывать настроение находящегося рядом мужчины, обратила… И оценила его идущую вразрез со здравым смыслом готовность помочь.
— Не нужно. Вам нездоровится. Лучше я закажу доставку.
— Говоришь со мной, как с настоящей развалиной… — проворчал Давид.
— Нет. Просто иногда лучше не геройствовать. Ч-чёрт… Я телефон дома оставила.
— Закажи с моего. Или лучше я сам закажу.
Гройсман справился гораздо быстрей, чем она придумала достойный предлог отказаться от его помощи.
— Ну что ты на меня волком смотришь? Я же вроде ничего такого не сделал.
