Автор
Ленинград весной 1974 года выглядел как во времена кратких радостей: солнечно и тепло, а люди шли по своим обычным дорожкам. Трофимов, известный вузы Ленинграда ученый, ступал уверенно, словно шагает на зарплату за тридцать тирских шекелей — символическую оплату за работу с секретными документами в Эрмитаже....
– Запомни – там кругом враги, только и ждут, что ты с истинного пути свернешь! Да еще и провокации устраивают, сами человека с пути сбивают! Так что держись настороженно, как красный партизан. А когда вернешься, напишешь объективку – что там было, да как… Понял?
– Конечно понял, – Трофимов с облегчением перевел дух. – Меня же каждый раз инструктировал Сергей Сергеич…
Куратор кивнул.
– Он на повышение пошел, теперь со мной будешь работать. Только ты ему ничего путного ни разу не написал! Смотри, со мной так нельзя.
– Да понял, понял…
Иван Иванович встал.
– Да ни хрена ты не понял. Ну, ладно! Счастливо съездить!
Он протянул руку и после крепкого пожатия не отпустил.
– А скажи мне откровенно, не по службе, а по дружбе… Ну, по-человечески, короче… Ведь этот перстень не такой простой, как ты тут соловьем разливался? У нас есть разная информация, такая, что волосы дыбом встают… И не верить ей нельзя, и верить невозможно!
Расслабившийся Трофимов не выдержал гипнотизирующего взгляда и кивнул.
– Не простой. Очень непростой!
– Хвалю за честность! Только честность часто сродни глупости, поимей это в виду, – куратор разжал ладонь, но еще не отпустил курируемого. – И еще… Я не совсем понял – что там ваш студент сказал про римского воина и овцу?
– То, что тот мог купить только овцу, но не быка, – ответил Трофимов, с трудом сдержав улыбку.
– А почему все смеялись? – подозрительно спросил Иван Иванович.
– Потому, что хваленые римские легионеры так мало получали…"
"Куратор с сомнением пожевал губами.
– А как его фамилия?
– Кого?
– Не римского же легионера! – раздраженно повысил голос Иван Иванович. Этого вашего студентика?
– Честно говоря, я не видел, кто задал этот вопрос. Как раз в конспект смотрел.
Куратор вздохнул.
– Ну, ладно. Свободен!
С облегчением выскакивая в коридор, Трофимов чуть не ударил дверью Поплавского. Похоже, замдекана банально подслушивал.
– Ну, что? – нетерпеливо спросил он. – Не пустили?
– Ну почему же, – вальяжно ответствовал Трофимов.
Он быстро пошел по коридору, слыша, как сзади замдекана робко скребется в дверь аудитории вверенного ему факультета.
* * *На улице уже не толпились студенты – у всех свои дела, а лектор не артист, которого поклонники караулят часами. Только Стрекоза и Винни-Пух стояли чуть в сторонке и оживленно переговаривались.
