Автор
Ленинград весной 1974 года выглядел как во времена кратких радостей: солнечно и тепло, а люди шли по своим обычным дорожкам. Трофимов, известный вузы Ленинграда ученый, ступал уверенно, словно шагает на зарплату за тридцать тирских шекелей — символическую оплату за работу с секретными документами в Эрмитаже....
Феликс оценил его сдержанность, тем более что уже подъехал Петр Павлович Гонза – солидный, круглоголовый, с короткой прической – «ежиком» и, вместо привычной зеленой формы, в неожиданном спортивном костюме «адидас», который, впрочем, не убавлял ему солидности. Таможенный начальник был на служебной «Волге» с водителем. Почти сразу за ним, передний бампер в задний, прибыл Валерий Образцов за рулём личной «тройки» белого цвета. Машина в экспортном исполнении, да еще с тюнингованным в Тбилиси салоном, что удвоило ее цену, выглядела вполне достойно, не бросаясь в глаза и не раздражая тем самым начальство.
Юздовский шутливо принял позу регулировщика на перекрестке и, согнув руку в локте, сделал знак проезжать во двор. Хотя полосатого жезла не было, водители истолковали его правильно. Машины заехали и остановились друг за другом, благо места было достаточно. Вскоре подъехала ещё одна служебная «Волга» – Геннадия Петровича Ищенко.
– Обычно мы встречаемся в таком составе только на серьезных межведомственных совещаниях высокого уровня, – сказал Образцов.
– В обкоме партии, в облисполкоме, или у прокурора области, – закончил Валерий свою мысль – он любил полную ясность, без недомолвок или намеков, которые еще надо додумывать или истолковывать.
– А теперь встретились у нас, – раздался сзади приятный голосок и веселый смех. – И это приятно!
Виолетта вышла с некоторым опозданием – в коротком черном платье с открытыми плечами и голой спиной, в сетчатых колготках и черных лодочках на «шпильках», она произвела фурор.
