Кавторанг и Юздовский неспешно прогуливались по территории и, щурясь, подставляли лица под солнечные лучи.
– Хороший денек сегодня, Толик!
– Очень хороший, Феликс!
– Пойдем в беседку и пропустим по рюмочке за такую замечательную погоду!
– А пойдем!
* * *В этот выходной день те, кто любил покопаться в земле, собрать грибы, позагорать у речки, тоже потянулись из города на природу, в основном на свои участки и огороды. Одни добирались электричкой, другие приезжали на автомобилях, а те, кто жили неподалеку – на велосипедах.
Масса народа стекалась с раннего утра со всех сторон – с вёдрами, корзинами и сумками, в которых болтались бутерброды, бутылки с водой, пивом или чем-нибудь покрепче. К вечеру эта тара заполнится овощами и фруктами – хорошим подспорьем в рационе ленинградцев, привыкших бережно относиться к дарам прохладного лета.
Большинство огородников-любителей уже вовсю копались, как кроты, на своих участках, когда неприметный человек свернул на мопеде «Верховина-4» с просёлочной дороги на тропинку к лесу.
Среднего телосложения, без особых примет: курносый нос, глаза с внимательным прищуром – вот и все, что можно было разглядеть. Старенькая синяя шведка, видавшие виды широкие черные брюки, легкая курточка неопределенного цвета, глубоко натянутая панама… На руках нитяные перчатки для грязной работы в саду, почему они надеты заранее – непонятно, но это не бросается в глаза… Сбоку к раме привязана обёрнутая старым мешком тяпка, черенок которой торчал сзади.
Он ничем не выделялся среди других дачников и огородников, а его действия были логичны и понятны: тропинка вела через лес к дачам, и мопед как раз позволял по ней проехать – на машине пришлось бы делать большой крюк. Ну, и ещё тем хорош мопед, что, в отличие от машин и мотоциклов, не привлекает внимания ГАИ. Поэтому он и заказал местным пацанам именно такой транспорт: у водителей мопедов нет денег, а документы на «Верховину» не требуются, поэтому тормозить его не имеет смысла – только время терять…
Настроение у неприметного человека, как и у других любителей природы, было неплохим.
Скорей даже хорошим, и наверняка лучшим, чем у остальных: в заколотом булавкой кармане куртки лежали пять тысяч рублей. Вряд ли у кого-либо в радиусе десяти километров имелась при себе такая сумма: это жалованье районного прокурора за два с лишним года. А незнакомец должен был отработать её за пять минут.
