Семен Купчинов, известный как Сэм, — молодой криминальный авторитет конца 80-х годов. Возглавив собственную группировку, он наживается на контрабанде и разборках с конкурентами. Однако стремление к власти и богатству неизбежно приводит его к жестоким расплатам и кровавым последствиям его...
Раздел Chitat.online для книги «За все спрошу жестоко» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Семен Купчинов, известный как Сэм, — молодой криминальный авторитет конца 80-х годов. Возглавив собственную группировку, он наживается на контрабанде и разборках с конкурентами. Однако стремление к власти и богатству неизбежно приводит его к жестоким расплатам и кровавым последствиям его...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семен Купчинов, известный как Сэм, — молодой криминальный авторитет конца 80-х годов. Возглавив собственную группировку, он наживается на контрабанде и разборках с конкурентами. Однако стремление к власти и богатству неизбежно приводит его к жестоким расплатам и кровавым последствиям его...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Другой рукой она нежно обняла Семена за шею и жарко поцеловала его в губы. Он не сопротивлялся. В конце концов, он мужчина, и у него уже давно не было женщины как таковой...
* * *Семена разбудил чей-то пристальный взгляд. Неужели Поливан решил выйти из тени, чтобы нанести убийственный удар?.. Он дернулся, пытаясь защититься от ножа, и только тогда понял, что зона осталась где-то далеко-далеко. А на него смотрел малыш двух лет от роду. Смешное создание с мягкими завитушками волос и ясными, как солнечный день, глазами. Белесые брови вскинуты вверх в наивном восторге, рот приоткрыт в преддверии ликующей улыбки.
Костика не напугал резкий выпад отца. Он звонко засмеялся и побежал к двери. Не ребенок, а бегущий колокольчик...
Семен растроганно и с умилением смотрел на него. А он еще не хотел ехать домой... Мог бы увидеть своего ребенка еще пять месяцев назад, если бы вышел на условиях досрочного освобождения. Но впервые на него он посмотрел только вчера, когда Костик спал в своей кроватке.
– Ну, и куда это мы бежим?
Джема поймала малыша, сильным, но плавным движением рук вознесла его под самый потолок, а потом опустила на кровать.
– Попался, который кусался! – засмеялся Семен, усаживая ребенка к себе на живот.
А ведь Костик очень похож на него. Та же форма глаз, тот же нос, контур лица. Может, он и не ревновал Джему, но все же было бы неприятно попасть в разряд рогоносцев. Мало ли, вдруг она с тем же Кузовом согрешила...
Костик заливисто смеялся, пытаясь вырваться из отцовских объятий, а потом вдруг затих, выразительно посмотрел на Семена и оглушительно выдал:
– Папа!
И такой ураган чувств пронесся в душе Сэма, что уничтожил в нем всю неприязнь к Джеме. Ее можно было любить только за то, что она родила ему такого сына.
– Как вы тут без меня жили?
– Скучали без тебя. Очень скучали. Но ты вернулся, и теперь все просто здорово.
– Да, я вернулся...
Они приехали вчера ночью, и Джема сразу же уложила его спать. Но все-таки он смог осмотреть ее квартиру. Трехкомнатный вариант; ремонт и обстановка на уровне лучших домов. Телевизор с видиком, музыкальный центр – все японское, по высшему разряду. Сантехника вся импортная... В общем, чувствовалось, что Джема не зря руководила кооперативом.
– Балдежно здесь у тебя, – сказал Семен.
– У нас, – поправила Джема.
– У нас... Так и лежал бы, ничего не делая...
– В чем проблема?
– Да дела у меня...
– Оставь.
– Ты узнала, кто сдал меня ментам?
– Ну, все же хорошо, ты на воле, у тебя все есть...
– Кто меня сдал? Кит?
– Я не уверена.
– А я уверен.
– И что ты собираешься делать?
– Откручу ему башку.
– Успокоиться тебе надо. Отмякнуть. И отмокнуть. Я сейчас ванну с солью приготовлю... Но сначала надо позавтракать. Вернее, пообедать... Ты голубцы любишь?
– Не очень.
– Почему?
– Да надоели.
