Семен Купчинов, известный как Сэм, — молодой криминальный авторитет конца 80-х годов. Возглавив собственную группировку, он наживается на контрабанде и разборках с конкурентами. Однако стремление к власти и богатству неизбежно приводит его к жестоким расплатам и кровавым последствиям его...
Раздел Chitat.online для книги «За все спрошу жестоко» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Семен Купчинов, известный как Сэм, — молодой криминальный авторитет конца 80-х годов. Возглавив собственную группировку, он наживается на контрабанде и разборках с конкурентами. Однако стремление к власти и богатству неизбежно приводит его к жестоким расплатам и кровавым последствиям его...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семен Купчинов, известный как Сэм, — молодой криминальный авторитет конца 80-х годов. Возглавив собственную группировку, он наживается на контрабанде и разборках с конкурентами. Однако стремление к власти и богатству неизбежно приводит его к жестоким расплатам и кровавым последствиям его...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– А что, люберецкие должны подъехать? – удивленно спросил он.
– Да, я сказал, что вы должны подъехать. Правда, почему-то ты один.
– Я и должен быть один. И я не говорил, что стрелку с люберецкими забивать надо. Это уже наши проблемы, а не ваши...
– Да? Значит, Алекс не так все понял. Он мне позвонил, сказал, что этим сказать надо. Я позвонил...
– Лучше бы ты в колокол позвонил. А потом с колокольни вниз головой. Ну, ничего, у тебя еще все впереди...
Стрелка с люберецкими в планы Семена никак не входила. И встречаться с ними он не собирался. Поэтому мог уйти с легкой совестью.
Но уйти не удалось. Он выходил из центра, когда к нему подъехал «четыреста двенадцатый» «Москвич», который показался ему знакомым. Из машины, расправляя плечи, вышли Арбат, Каток, Тоха и еще один незнакомый Семену бугай. Увидев их, Олег поспешил исчезнуть за дверью. Семен последовать его примеру никак не мог: гордость не позволяла.
– Сэм? – узнал его Каток. – Ты здесь какими ветрами?
– А ты что, не понял? Комсомолом его надуло! – криво усмехнулся Арбат. – За комсомол подписываешься?
– Не было такого решения, – покачал головой Семен. – Я – за, братва – против. Не хотят с вами связываться.
– Что, жим-жим сыграло?
– Нет, просто дело того не стоит, – показывая на дверь, кивнул через плечо Семен. – Было бы из-за чего бодаться. Да и опасно – ну, в смысле на ментов можно нарваться... Но это братва так думает.
– А ты как думаешь?
– И я так думаю. Только у меня здесь личный интерес.
– Что за интерес?
– Я же говорю – личное, значит, личное...
– Потому и стрелку нам забил?
– Выходит, что так.
– Чудной ты пацан, Сэм, – усмехнулся Арбат. – Ты что, смерти ищешь?
– Не ищу, – с невозмутимым видом пожал плечами Семен. – Просто интерес у меня здесь.
– А если мы тебе кости сейчас переломаем?
– Все может быть.
Семен внутренне напрягся, но боевую стойку не принял. Этим он мог выказать свой страх, а это подействует на люберов, как красная тряпка на быка.
– Я слышал, ты в субботу с долгопрудненскими замутился? – съехал с темы Арбат.
– На Рижском? Так я не знаю, кто там был. Я не мент, чтобы паспорт спрашивать... Значит, долгопрудненские были?
– Странно, что ты не знаешь. Мы знаем, а ты нет.
– Долгопрудненские – это серьезно. Долгопрудненские бы ответили. А эти засохли, как навоз на солнце...
– Еще не вечер, Сэм. Они могут ответку дать.
– Не страшно.
– Да я вижу, что не страшно. Ты вообще какой-то непробиваемый... Давай вылазь из танка. Поговорим как люди.
– Ну, если как люди...
Арбат мягко шагнул к Семену, доверительно коснулся рукой его локтя, встал к нему боком.
– Что ты там про опасность говорил? – спросил он и кивком показал на клуб.
– За этой темой Центральный комитет комсомола стоит. Хотя и коммунисты могут вмешаться. Не то это поле, где можно пахать, мины здесь.
