Небо темное и тяжелое, клубящийся черный дым, как будто скрывается за гигантскими трубами промышленных зон. Убогий район с чадящими электростанциями и гремящей железной дорогой — серость несусветная. Внутри трехкомнатной квартиры, казалось, мир иссяк: отдельное пространство заставило мать взъелиться....
Мы сейчас двоих прогнали, а через час толпа навалится. Стрелка будет, разборка... А тебе что до этого?
– Понимаешь, у меня есть друг. Он занимается бизнесом, и с него за это требуют деньги, – в легком смятении, но довольно четко проговорил Алексей.
– Кто?
– Люберецкие. Хотят, чтобы он им платил.
– А он платить не хочет?
– Нет, конечно...
– И надо с люберами поговорить, чтобы они отвязались?
– Да, что-то в этом роде.
– А бизнес законный?
– Разумеется.
– Ты же в ЦК работаешь. У тебя связи. Ментам скажи, они их отработают.
"– Не совсем левый... Понимаешь, он покупает сырье по государственной цене, продает его кооператорам, но там не все чисто; если ОБХСС займется, то могут возникнуть проблемы...
Усыгин попытался улыбнуться, но выдал страдальческую гримасу.
Не любил Семен таких людей – хитромудрых, скользких, заковыристых. И его послал бы далеко-далеко. Но не мог он ударить в грязь лицом перед Наташей. Если он откажется помочь Усыгину, она сочтет его трусом.
– Я тебя понял.
– Так на него же не сотни наезжают. Там их человек десять всего.
– Для начала десять, а потом целая толпа навалится. Знаю я, как это бывает... Где у него кооператив?
– В районе Тушина.
– А что любера там делают? Этот район вообще от них далеко...
– Вот я и говорю, что не все так сложно. Только не кооператив у него, а хозрасчетный центр научно-технического творчества молодежи.
– Что это за беда такая?
– Это не беда, это счастье, – натянуто улыбнулся Усыгин.
– Не жалуемся.
– Да нет, наверняка жалуетесь. Одна куртка сто пятьдесят рублей стоит. А сколько вы их в день продаете?.
Семен развел руками. Увы, но государство дерет с кооператоров три шкуры. До пятисот рублей дохода – тринадцать процентов налога, до семисот – тридцать, до одной тысячи – семьдесят, до полутора – целых девяносто. Ну, разве ж это не грабеж? Джема уже подумывает о том, как двойную бухгалтерию организовать, специалиста под это дело ищет. Но ведь это криминал, а ОБХСС не дремлет. И налоговая тоже.
