Небо темное и тяжелое, клубящийся черный дым, как будто скрывается за гигантскими трубами промышленных зон. Убогий район с чадящими электростанциями и гремящей железной дорогой — серость несусветная. Внутри трехкомнатной квартиры, казалось, мир иссяк: отдельное пространство заставило мать взъелиться....
– А материал глянь, может, понравится?
– У нас Джема этим занимается. Приедет – посмотрит. А в бидонах что?
– Спирт, – с покаянным видом вздохнул Олег.
– А говоришь, что бизнес так себе...
– В общем-то, дела идут, с этим не поспоришь. Но ты пойми, отдавать пятьсот рублей в месяц нерентабельно. Мне легче от спирта отказаться, чем такой налог платить. Если все по закону будет, мы просто милицию вызовем, и все вопросы решатся...
– Может, и решатся, а может, и нет. Всех люберов не закроешь. Обязательно найдется такой, кто башку в подъезде проломит.
– Да, тебе легко говорить... У вас и спорт, и кооператив. Одно защищает другое, а это другое развивает первое... А у нас, увы, таких спортсменов нет, чтобы челюсти ломать.
– Плохо... Больше ничего нет? Только это?"
"– А что, мало? Мы на этих перепродажах три тысячи в месяц имеем.
– Негусто.
– Да, и еще туда отдай, сюда... Только тысяча себе остается. По пятьсот на брата, на меня и на Алекса, – жалобно сказал Олег.
– Не хнычь, а то расплачусь, – хмыкнул Семен.
– Да нет, я не хнычу. Просто обидно... – хлюпнул носом парень.
Он открыл дверь своего кабинета, жестом пригласил Семена зайти.
Кабинет у него не очень большой, зато мебель добротная. И еще какой-то непривычного вида телевизор, стоящий на видеомагнитофоне. Олег заметил, куда смотрит Семен.
– Знаешь, что это такое?
– Видеодвойка?
– Ну да! Компьютер!.. Это монитор, это системный блок. По блату достал! Вещь! Хочешь, пока люберецкие не подъедут, в игры поиграть.
Олег стал рассказывать про какого-то Аладдина, но Семен его уже не слушал.
– А что, люберецкие должны подъехать? – удивленно спросил он.
– Да, я сказал, что вы должны подъехать. Правда, почему-то ты один.
– Я и должен быть один. И я не говорил, что стрелку с люберецкими забивать надо. Это уже наши проблемы, а не ваши...
– Да? Значит, Алекс не так все понял. Он мне позвонил, сказал, что этим сказать надо. Я позвонил.
– Лучше бы ты в колокол позвонил. А потом с колокольни вниз головой. Ну, ничего, у тебя еще все впереди...
Стрелка с люберецкими в планы Семена никак не входила. И встречаться с ними он не собирался. Поэтому мог уйти с легкой совестью.
Но уйти не удалось. Он выходил из центра, когда к нему подъехал «четыреста двенадцатый» «Москвич», который показался ему знакомым. Из машины, расправляя плечи, вышли Арбат, Каток, Тоха и еще один незнакомый Семену бугай.
