На стажеров она не смотрела, а, посмотрев, не вспомнила бы, что именно они задержали ее несколько часов назад, когда она была не в себе, надели наручники и доставили сюда. Не вспомнила бы то, что сделала и как себя вела.
Проследовав за черной спиной в кабинет, Нина даже не подумала закрыть дверь. Это мало ее волновало. Офицер возился у окна, пока девочка располагалась в кресле так, чтобы ничего не болело. Воспоминания постепенно вливались в голову. Похоже, она вляпалась по самое…
– Выпей воды и вытри лицо и руки. Затем расскажешь, как все случилось. Капюшон можешь снять.
Девочка по-прежнему прятала ладони в рукавах, а голову в капюшоне. Как маленькая улитка с мягким черным панцирем-пледом. Ей неуютно. С минуту они рассматривали друг друга, как будто изучали или пытались узнать. Затем Ларс, отбросив странное наваждение, заговорил.
– Меня зовут Лоуренс Клиффорд, я офицер полиции, представляю отдел нравов. Как твое имя? Сколько тебе лет?
– И от чего у тебя амнезия, хм?
– Головой ударилась.
– Наверное, когда упала на проезжей части.
– И зачем ты это сделала?
– Трудно не подчиниться законам физики, когда тебя сбивает машина.
Лоуренс опешил, но всего на пару мгновений. Нужно переварить информацию. Какой сегодня странный день. Пользуясь его замешательством, девочка решительно прервала паузу.
– У вас есть обвинения в мой адрес? Почему меня удерживают здесь? Я устала, мне больно, я очень хочу домой. Несколько часов я просидела в изоляторе, а сейчас… – заговорила она, медленно поднимаясь.
– Сядь на место, – спокойно сказал офицер.
– Отдайте мне мои вещи, вы не имеете права, – не унималась девочка, норовя подскочить и выбежать. Хорошо, что он запер дверь.
– Я сказал тебе сесть.
Неожиданно для себя самой Нина приземлилась обратно, словно приклеилась к спинке кресла.
– [Mudila], – буркнула она себе под нос и скрестила руки на груди. Поза защиты от нападений.
Ей начинало вспоминаться все, что произошло на дороге. Клюшка в руках, битое стекло, орущий мужик, чьи-то руки, оттаскивающие ее. Черно-белая патрульная машина, словно касатка, приплывшая за раненым тюленем. Дерьмо!
– Покажи мне ладони.
– Например, то, что я узнаю твою версию событий.
Лоуренс из последних сил старался быть сдержанным. Ее упрямство раздражало.
– А она вас интересует? Или, может, достаточно того, что вы услышали от двух балбесов с дубинками?
Клиффорд подумал, что точнее не скажешь, но вслух заметил:
– Оскорбление сотрудника полиции при исполнении полностью выкупает несколько часов, проведенных в изоляторе.
– А у вас тут все задним числом делается? Что за допрос вообще, на каком основании? Какие ко мне обвинения? Кто их выдвигает?
– Обвинения в нарушении общественного порядка; нападение на человека, порча имущества.